Исход в Беловодье

Церковникам это надо? Да ни в жизнь!

Так что получилось, что нападению подвергся только дом Матрены, но поскольку непоправимого не произошло, то вроде как можно отделаться только строгим внушением, ну и плетей кто-то отведал, если судить по воплям, что некоторое время раздавались по всей деревне. А что касается сгоревших… ну так случаются несчастье, неосторожное обращение с огнем, бывает, обычное дело…

– Отче, баню то хоть восстановят с забором? – спросила Матрена, что своего все же решила не упускать.

– Восстановят, дочь моя… восстановят… Вот как похоронят погорельцев, так и восстановят.

Похоронили в тот же день, благо священники в деревне есть, вот и отпели заодно.

– Всем собраться на молитву! Всем на молитву! – орали проезжавшие всадники, где-то за час до заката.

– А вам что, отдельное приглашение нужно?! – заорал на Алексея с Матреной второй всадник.

– Так болезный я…

– И в доме два еще, – вторила Матрена.

– То нам известно! Но распоряжение отца Тихона обязательно к исполнению всеми! Живо на лобное место! А не то враз батогов отведаете!

Делать нечего, пришлось идти на площадь.

Когда все собрались, из дома старосты вышли священники и видимо тот самый отец Тихон толкнул речугу. Если отжать воду, то сводилась она к тому, что бог терпел и нам велел, в общем жить нужно в мире и молиться больше дабы оградить себя от соблазнов греховных и не стать жертвами бесовских козней.

– А теперь помолимся! Ниспросим у господа оградить нас от моровой беды!

«Вот странно, какой смысл просить у Него защиты если мор по мысли тех же церковников – кара господня?» – невольно задумался Алексей.

Деревенские, упав на колени, начали истово молиться, повторяя слова за священником и в этот момент третий священник, что оказывается все это время что-то держал в руках, убрал скрывающую его ношу ткань и оказалось, что в руках он держал икону с изображением богоматери.

– О нет, только не это…

«Они же ее сейчас все целовать начнут! – ужаснулся Алексей.

 – Долбаные долгогривые кретины! Если бы не вы со своими ритуалами целования крестов и икон, то и эпидемии были бы не столь масштабны!»

– Идиоты! – сдавлено воскликнул он.

Несмотря на то, что они стояли чуть в сторонке от общей массы, на него все равно злобно покосились.

– Тш-ш… – шикнула на него Матрена.

– Матрена…

– Господи помилуй!

– Матрена!

– Чего тебе?!

– Не целуй икону…

– Чего?! – аж глаза выпучила от изумления.