Кремлевский спецназ

В этот день, 24 сентября, в пятницу, моджахеды планировали нанести удар по американской военной базе.

Человек в черном, в американских военных ботинках, которому на вид было лет шестьдесят, извлек из чехла портативную японскую радиостанцию:

– Мухаммед! Это полковник.

– Да, господин, – ответил Мухаммед, наблюдатель за американской военной базой у селения Адраси, высланный сюда тремя сутками ранее.

– Что у янки?

– Все как обычно для этого времени. Через час начнут строиться, затем в батальоне объявят отбой, и на территории, кроме караула, никого не останется.

– Дежурный взвод американцев на месте?

– Да, господин полковник, у штабного модуля стоят три внедорожника и бронетранспортер. Солдаты в своем подразделении, у штаба и возле техники их нет. На «Хамви» установлены пулеметы.

– Это я и без тебя знаю. Продолжай наблюдение. Скоро я с Каримом и Хайруллой поднимусь к тебе. На высоте есть место, где разместиться?

– Да, господин!

Человек в черном переключил радиостанцию, засунул ее в чехол и повернулся к своему помощнику Кариму Джалади:

– Пикапы с орудиями выставить на площадку между холмами, что впереди.

Орудия привести к бою. Зарядить осколочно-фугасными снарядами, химические подготовить к последующему заряжанию. Огонь только по моей команде. Саперам приступить к минированию территории вокруг всего кишлака, а также внутри развалин; для отхода оставить узкий коридор, который заминировать по окончании операции. Зенитчикам рассредоточиться непосредственно у кишлака и держать «Стингеры» в готовности к применению. Передай отряду приказ, организуй работу расчетов и групп – и возвращайся. В 22.40 ты должен быть здесь!

– Слушаюсь, полковник!

Отправив помощника, командир подозвал молодого афганца, стоявшего неподалеку у джипа:

– Хайрулла! Ко мне! Бегом!

Молодой афганец с рацией за спиной подбежал к человеку в черном комбинезоне:

– Слушаю вас, господин полковник!

– Ступай на холм к Мухаммеду. К нашему с Каримом прибытию быть в готовности корректировать огонь безоткатных орудий!

– Слушаюсь!

– И помни, Хайрулла: я не посмотрю, что твое имя означает «добро Аллаха».

Если снаряды не лягут в цель, то мне такого добра не нужно… Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Да, господин полковник!

– Вперед!

Отправив корректировщика огня к наблюдателю, тот, кого афганцы называли полковником, подозвал к себе связиста диверсионной группы, приказав:

– Мне нужна связь с Муатабаром, Абдул.