Путешествие за единственным «Прощай»

В его глазах горел огонь, рука крепко сжимала нож:

– Ну, всё, молись, щенок!

Мальчик дрожал от холода и прижимал к себе сумку, будто она была единственной защитой от нападавшего. Саша посмотрел вниз, его взгляд вдруг сменился решительностью, и здесь он сделал то, чего никто не мог ожидать, даже он сам. Он бросил сумку в сторону, шагая с парапета. Тело мальчика стремительно направилось вниз, словно орёл во время нападения.

Полёт был не долгим. Жгучая боль в ногах и раздирающий кожу январский снег заставили лёгкие сжаться в маленький шарик, который через несколько секунд расширился и чуть не лопнул.

Саша закричал, вырываясь из снежных оков сугроба.

Придя в себя, он уже находился в относительно уютном отделении милиции. Где покуривая, сидел дежурный, по радио звучала какая-то очень старая песня времён войны. Гудение генератора мягким гулом обнимало помещение. Мирно потрескивали люминесцентные лампы. Саша, сидя на скамье, откинулся к голубоватой стене, закрыл глаза и расслабленно улыбнулся.

* * *

Как же шумит в голове. Алкоголь действительно спасительная вещь в такие дни. Помогает телу отключить нервную систему, словно маленькие проводки, ведущие к источнику тока, но этот трескучий шум был явно эффектом побочным. Постепенно Алекса, лежащего на своей уютной кровати, начала одолевать дрожь. Но не от холода, а от влаги, которая частыми капельками стекала по вискам, предплечьям и пояснице.

Неужели это тоже из-за воздействия текилы на организм? Окончательно из мира воспоминаний Алекса вытащил едкий запах дыма.

Глаза распахнулись. Сдавленный стон вырвался изнутри. Светлые стены спальни играли красными, оранжевыми и зеленоватыми оттенками, смешанными с обилием грязных цветов копоти и гари. Кровать уже полностью пожрало пламя, медленно, но настойчиво расползающееся по деревянному паркетному полу.

В голове творилась не паника, но хаос.

Лёгкие пропитались горечью, а глаза, казалось, вот-вот превратятся в вытекающую слизь. Алекс метался от стены к стене, растирая лицо руками в попытках понять что происходит.

Сквозь открытые окна послышалась спасительная сирена пожарной машины. На секунду Фримен замер, но подобравшийся огонь ужалил его в ногу. Закричав, он кинулся к спальной двери движимый жгучей болью и единственной мыслью, звучащей в голове – «На улицу».