Клинок эмира

Советская власть многих помиловала…

Когда всадники приблизились на расстояние, с которого можно было разглядеть их лица, Хаким остановился и застыл на дороге. Что угодно, но такой встречи он не ожидал. К нему скакали Бахрам и сын Ахмедбека.

– Хаким-ака! – удивленно воскликнул Бахрам. – Ты как сюда попал?

Всадники подъехали и остановились.

– Салям алейкум! – проговорил вместо ответа Хаким и начал мять свою куцую рыжеватую бороденку. Он еще не сообразил, как надо отвечать, как поведать этим двоим обо всем случившемся.

Ему помог в этом Бахрам.

– Где отряд? – быстро спросил он, приковав к Хакиму внимательный и пристальный взгляд.

– Отряда нет, Бахрам-ака… Беда, большая беда…

– Как? – откинулся в седле Бахрам.

– Отряда нет, – повторил Хаким. – Отряд попал в засаду, и все полегли… Уцелели только двое: я и Узун-кулок.

Всадники глядели на него с оторопелым видом.

– А Ахмедбек где? – крикнул после паузы Наруз Ахмед.

– О! Ахмед теперь в раю, среди гурий. Ему срубил голову старый Умар Максумов.

Тот самый Умар, который когда-то в Бухаре был известен как знатный резчик, а потом сидел в эмирском клоповнике.

Наруз Ахмед сжал губы, чтобы стоном не выдать своего состояния.

– Когда это случилось? – спросил Бахрам.

– Трое суток назад, на рассвете, в тугаях, недалеко от колодца Неиссякаемого.

Наруз Ахмед молчал, и глаза его были страшны.

– А где же Узун-кулок? – спохватился Бахрам.

– Он тоже взят аллахом на небо, только двумя сутками позже. По дороге он наступил на гюрзу, и она принесла ему смерть.

Наруз Ахмед молчал. Он тешил себя надеждой, что этот оборванец не знает его…

– Куда ты бредешь? – строго спросил Бахрам.

Хаким замялся, озираясь по сторонам.

– В Бухару.

– Зачем?

– Видишь ли, Бахрам-ака… Отряда нет, коня нет… Аллах отвернулся от нас. Быть может, ему неугодны наши дела? Кто знает?

Сказав это, Хаким испугался и с опаской взглянул на руку Бахрама, лежавшую на эфесе шашки. Но рука оставалась спокойной.

Хаким нерешительно продолжал:

– В Бухаре мой дом… Давно там не был… Все по пескам и по чужбинам таскаюсь.

Уже стар я, чуть-чуть передохну, отдышусь. Может, нового коня достану…

Наруз Ахмед не мог больше вынести болтовни этого оборванца: он приподнялся на стременах, взмахнул камчой, готовый опустить ее на голову Хакима, но его руку перехватил Бахрам.

– Не стоит. Не горячись! – сказал он. – Он нам еще пригодится. Ступай… Хаким!

Глаза Наруза Ахмеда гневно блеснули.