Джура

Это был рослый юноша с орлиным носом и быстрыми глазами. Он оборвал песню, едва завидев аксакала: не подобает серьезному мужчине петь, как мальчишке. Они вместе спустились в кибитку. Там Айше печально сидела у костра. Она радостно вскрикнула, увидев сына.

– Рассказывай! – задыхаясь от волнения, прошамкал Искандер, схватив Джуру за халат.

– Обычай нарушаешь, – ответил Джура, прищурив глаза. – Напои чаем, потом спрашивай.

После каждой пиалы, которую выпивал Джура, аксакал нетерпеливо повторял:

– Что за люди? Куда шли?

– Напои сначала, а потом расспрашивай, – отвечал Джура и подставлял пустую пиалу.

Искандер кряхтел от нетерпения, но наливал. Джура пил медленно, маленькими глотками, стараясь продлить удовольствие. У стены жался дядя Джуры, Кучак, и следил за ним голодными глазами. И ему Джура поднес чаю. Пусть не думают, что он жадный. Наконец, напившись вдоволь зеленого, драгоценного здесь чаю, хранимого аксакалом для больших праздников, Джура вытер рот.

У аксакала от волнения слезились глаза. Он ждал ответа.

– А теперь накорми меня мясом, я очень проголодался! – неожиданно сказал Джура.

Аксакал даже застонал от злости, но делать было нечего – он хорошо знал упрямого и своевольного Джуру. Старик достал кусок мяса из запаса, хранившегося у него в кибитке, и дал женщинам сварить.

Джура молча ждал, пока сварится мясо. Он знал, что иначе скупой, хитрый и жадный старик, все еще не считавший Джуру взрослым мужчиной, не даст ему и понюхать мяса.

Это был своеобразный протест против своеволия богатого аксакала. Джура уже много дней, как и все обитатели кишлака, питался похлебкой из мучнистого корня гульджан. Почти все кутасы[4 - Кутас – як.] и козы еще поздней осенью погибли от джута. Эта смерть от гололедицы случилась потому, что скот не в силах был разбить копытами ледяную корку, чтобы добыть из-под нее траву.

Аксакал жил по заветам предков и сена не запасал.

Киики и архары осенью ушли на юг. Кишлак голодал.

Джура ожидал спокойно и важно, как и подобает охотнику, хотя ему и самому не терпелось рассказать об удивительных событиях.

II

В ночь перед обвалом Джуру разбудил голос аксакала. Боясь темноты, он сердито спрашивал у женщин, почему не горят светильники.

– Весь земляной жир кончился, – оправдывались сонные женщины.