Охотники за ФАУ

Володя!

Адъютант привычно подставил свой планшет вместо столика и присветил электрическим фонариком.

– Поразительно! – воскликнул Баженов, не в силах сдержать радость: – Без артподготовки без потерь высадиться на тот берег! Нет, вы только послушайте, какой концерт сейчас устроили немцы по всему Днепру. Вот жарят!

Комдив писал и одновременно говорил:

– Молодцы ребятки. Да и погода маскирует: низкая сплошная облачность – авиацию противник применить не может. Туман – танков пустить не может. Артиллерийские НП – как слепые.

Все не по уставу! Даю голову на отсечение: среди множества вариантов действий и контрдействий в их оборонительном плане низкая облачность, полный туман – не предусмотрены. А они превеликие мастера исписывать десятки метров бумаги «вариантами». И составляют такие планы хорошо, и действуют, вроде бы, организованно… но вот вы сами видите и слышите. Какая ночь!

– Уж ты ноченька, ночка темная, – почти запел Баженов.

– Вот именно! Ну вот. Берите донесение.

– Хорошо бы достать детальный план обороны гитлеровского полка или хотя бы батальона…

– Передам Андронидзе.

– И еще передайте, прошу вас, что я буду ждать его.

– Не уверен, надо ли вам ожидать его. И стоит ли сейчас сообщать о нем в штарм…

– Боитесь, что его отзовут, а он вам нужен?

– И это тоже. Ведь он не имел приказа участвовать в форсировании. Победителей не судят, но не все им спускают.

С боевыми донесениями на «студебеккере» Баженов отправил Помяловского: радиосвязь наладилась только на рассвете.

Баженов передал очередное донесение. Ответ начштаба предписывал вернуть освободившиеся машины и срочно возвращаться самому на радиоавтобусе. Баженов запросил, ждать ли ему Андронидзе, задержавшегося у Бутейко. Ответ гласил – Андронидзе не ждать.

В автобусе Баженов попытался уснуть. Но то ли потому, что машину сильно трясло, то ли из-за перенесенного волнения, но заснуть не удавалось. Утро было хмурое, туманное. Моросил дождь. Тучи задевали верхушки деревьев.

А с Днепра доносился шум, будто в сотнях кузниц ковали, били кувалдами, молотками и молоточками.

Частенько приходилось съезжать на обочину и пропускать встречные машины. Шла тяжелая артиллерия. Шли машины со снарядами. А пока ждали, когда проедут катюши, Баженов уснул. Шофер его разбудил, когда радиоавтобус остановился у хаты, где помещался оперативный дежурный.

19

Дежурный передал Баженову приказ – тотчас же явиться к подполковнику Синичкину.