Дело медведя-оборотня

Как объяснить? Как связать с нападением зверя? Что это? Коготь механического медведя-автоматона? Мы же не в книгах Жюля Верна, в самом деле!

– Послушай, – прервал его Роман, – а этот коготь, то бишь шип мог попасть в тело жертвы ранее?

Барабанов закатил глаза к потолку и, сложив руки на груди, менторским тоном ответил:

– Чисто теоретически – да, возможно. Вроде была рана от бороны какой-нибудь, от которой зуб обломился, остался в теле и зарос. Но это же бред, Роман Мирославович!

Отец Глеб приложил палец к губам и улыбнулся:

– Тише, Нестор! А насчет шипа мы выясним, только если установим личность погибшей.

– Тогда этот факт никто не сможет проигнорировать, – закончил его мысль Муромцев.

– То есть? Мы не едем домой?

– Нет, Нестор, не едем. Я уверен, что есть и еще жертвы. И скорее всего, будут.

Барабанов и отец Глеб переглянулись. Нестор, мысленно уже сидевший в поезде, увозившем его в столицу от страшного Рафикова, тяжело вздохнул и надел фуражку, натянув козырек на глаза.

Муромцев усмехнулся, похлопал его по плечу и пошел по коридору, насвистывая что-то из модной столичной оперетки. Отец Глеб, улыбнувшись, поспешил за начальником. Нестор посмотрел по сторонам, плюнул под дверь кабинета полицмейстера и выбежал вслед за отцом Глебом на улицу. Из будки, стоявшей у входа в здание полиции, раздавался богатырский храп дежурного. Звезды меркли в сереющем небе, на котором грязно-розовой ватой разметались облака, обещавшие скорый дождь. Троица поежилась под прохладным ветром и скрылась в утреннем тумане.

Гостиница, где остановилась команда Муромцева, была одной из немногих в городе, в которой был собственный ресторан, или, как его называли постояльцы, – обеденная зала. Персонал готовился принять немногочисленных посетителей к завтраку – половые быстро и ловко раскладывали приборы на застиранные белые скатерти, старуха из местных, шамкающая беззубым ртом, возила шваброй по крашенному зеленой краской полу.

Муромцев, отец Глеб и Нестор остановились у входа в зал и осмотрелись. Дверь в кухню открылась, и из нее вышел толстый и бородатый мужик в грязном колпаке. В руке он держал бумажку.

– Доброго утра, господа, пожалуйте присаживаться! – радушно поздоровался он. – Вот, меню-с, ознакомьтесь!

С этими словами он засунул лист под стекло на стене у двери, неуклюже поклонился и вернулся на кухню.

Отец Глеб нацепил очки на нос и принялся изучать меню.