Дело о Медвежьем посохе

Эти у меня самые любимые были! Но с творогом тоже пойдут…

Родин растерянно оглянулся в поисках другого, более действенного повода спровадить журналиста и краем глаза заметил его блокнот, густо исписанный корявыми буквами. Вдруг что-то в этих буквах показалось Георгию неправильным. Он присмотрелся и обомлел: этот саратовский борзописец переврал каждое его слово! «Провал российской военщины»… «Проворонили опасного шпиона»… «Слепцы, бродящие во тьме своих заблуждений»… «Грядет война с микадо, а наш император, как всегда, не готов»…

– Война с микадо? Война с микадо?! Рабинов, у вас совесть есть? – Георгий не на шутку распалился и уже подумывал о том, чтобы надавать писаке тумаков, но вовремя вспомнил о пациенте, которому нужны его чистые и целые руки, и не стал мараться.

Вместо этого он с ледяным спокойствием отчеканил: – Вон отсюда.

Рабинов застыл с ватрушкой во рту и весь съежился, судорожно пытаясь придумать себе хоть какое-то оправдание.

– Вон! – повторил Родин и для убедительности сделал шаг в сторону трясущегося как осиновый листок еврейчика.

Рабинов попятился, прижимая к груди свои записи, и не заметил за спиной шкафчика с микстурами, на верхней полке которого стоял увесистый пузатый сосуд с лизолом. Бутыль покачнулась, завалилась на бок, стеклянная пробка со звоном упала на каменный пол, и на лоснящуюся бледную лысину недобросовестного писаки заструилась бурая пахучая жидкость. Анюта хихикнула и убежала за шваброй, а Родин взял с подноса пару ватрушек, отхлебнул чаю и молча вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Глава 3

В операционной все было готово. Сестрички разложили инструменты, подготовили горячую воду, чистые полотенца, перевязочные материалы. На столе под лампами лежал крупный седой мужчина с окладистой бородой, стонал и бредил: «Ну что ты, что ты, косолапый… Погодь… Да не смотрю я, не смотрю… Я большой-большой, выше ели, видишь? А если подпрыгну? Гляди! Охо-хо… Сынок! Сынок, прости меня, прости, родной…»

– Говорит, медведь на него напал на охоте, – пояснила странное поведение пациента одна из сестричек – спокойная, умелая Глафира.

 – Вот только непонятно, чего ждал мужик. Почему сразу в больницу не пришел? Довел себя до ужаснейшего состояния, почти сепсис! Весь живот у него в клочья, видите? И гниет уже давно, судя по запаху.

– Сейчас почистим, – сказал Родин и принялся за дело.

Странно, но никаких следов зверя на животе пациента он не увидел. Ни царапин, ни рваных ран.