Лицо под маской

Только вот жертвам матерого преступника от этого легче не стало: привычкам калечить, резать и убивать, Абдуллаев не изменил, окончательно встав на путь беззакония и форменного беспредела. В последний раз, освободившись после длительного срока, чуть погуляв на воле, Зверь вновь вышел «на дело», и, приглядев «солидного клиента» с тугим кошельком, «отработал» его по полной программе. Выследил, довел до темного, безлюдного переулка, и … Пожилого незнакомца, Абдуллаев бросил истекать кровью там же. Лишь криво ухмыльнувшись, глядя, как постепенно стекленеют глаза старика, он вытер о его же рубашку остро заточенное лезвие, произнес, как бы издеваясь:

– Ничего личного дядя… ничего личного.

Сегодня, по поступившей информации, в половине одиннадцатого утра, находившегося в розыске за убийство, уголовника-рецидивиста Мухсина Абдуллаева, заметили в одном из районов столицы. Стало известно где, в каком доме он скрывается, и после детальной разработки плана по его задержанию, оперативники выехали на место.

Нужно было торопиться. Помимо прочего, стало известно и то, что Мухсинов не привыкший сидеть сиднем, уже присмотрел очередную жертву, в любой момент вновь мог пойти на дело, со всеми так сказать вытекающими последствиями. Оттого сейчас оперативная Нексия неслась во весь опор, а сотрудники еще раз проверив табельное оружие, приготовились к самому неожиданному ходу событий.

…Абдуллаев, сторонясь проезжей части, обошел многоквартирный дом, и, перешагнув через узенький арык, тихо несущий чистые воды, нырнул в прохладную темноту подъезда.

Быстро поднялся по лестнице на пятый этаж, и почти бесшумно отворив входную дверь квартиры, в которой обитал словно дикий зверь в логове, оглянувшись по сторонам, вошел внутрь.

Однокомнатная квартира, принадлежащая приятелю Абдуллаева, какой-то особой обстановкой не выделялась. Кухонный стол с четырьмя крепкими табуретками, простенький платяной шкаф, комод, старенький телевизор, на «одноногой» подставке, и железная кровать на пружинах.

Вот и все. А в принципе, что еще нужно было приятелю Зверя, который, тоже не отличаясь особым законопослушанием, годами пропадал на зоне, отбывая один срок за другим.

Зверь прошел на кухню, и, поставив чайник на плиту, принялся вынимать из сумки продукты. Половина батона вареной колбасы, три банки рижских килек в томате, пачка макарон, рис, черный чай – все это он выложил на стол, и чиркнув спичкой закурил крепкую «Астру».