Дело о Золотом сердце

Он будто весь сиял светом истинной веры, как старец с иконы. Маленький, окровавленный, великий.

Этот его поступок впечатлил даже янычар Османской империи: никто был не в силах поднять оружие. Все чувствовали в этом иноверце, святом дервише, нечто такое, что заставляло склонить голову перед истинным посланником небес.

Турки позволили Родину увести священника в палатку Красного Креста. И там, на дощатой жесткой койке, отказавшийся от морфина и уже умирающий отец Романос продолжал говорить, успокаивать, давать надежду тем, кто к нему обращался.

Пришел и Георгий. Он не собирался испытывать старика, он хотел получить ответы на вопросы, которые искренне его волновали. Но их было так много, а время, будто песок, ускользало сквозь пальцы. Казалось, оно было осязаемо, и вместе с ним по крупицам жизнь покидала и священника.

– Говори, сын мой, говори все, что у тебя на душе. Вижу, мечется она и нет ей покоя. Мне осталось не так много в этом мире, и меня уже ждет суд Божий, но я не боюсь его, ибо знаю, что Господь милосерден.

А что гнетет тебя?

Певучий, наполненный солнцем Греции голос отца Романоса звучал как прекрасная песня путника, который наконец-то нашел уголок для отдыха после долгого пути. Услышав эти слова, Георгий, будто помимо собственной воли, выпалил:

– Зачем нужны храмы и все это золото, роскошь, богатства, ведь верить в Бога можно и без них, дома, на площадях, в этой палатке? Христос в сердце, разве нет?

Старик лишь улыбнулся, как улыбается родитель неумному вопросу своего любимого дитя: без злой насмешки, без высокомерия и чувства превосходства, но лишь радуясь, что ребенок хочет познать мир вокруг.

Хочет понять, а не заучить. Хочет разобраться и принять истину.

– Где двое соберутся во Имя Мое, там и Я среди них. Почему бы дому Бога не быть красивым… – Романос осторожно взял руку Георгия, будто это он был болен, и положил себе на грудь, туда, где под кожей и ребрами обычного человека билось сердце, которое, казалось, не могло принадлежать смертному. – Не о том ты думаешь, дитя.

Оттого-то Господь не всегда в твоей душе. Оттого люди и стреляют друг друга, ибо перепутали любовь со страстью и похотью. Так белое станет черным, а полет превратится в падение. Ищи любовь. Найди любовь в своем сердце. В сердце мира. Любовь к этому миру. Сынок.

Георгий почувствовал невероятный подъем, ему стало тепло, будто в него влили солнечный свет, на секунду он ослеп, а потом и вовсе потерял сознание, не вынеся силы этого всепоглощающего чувства.