Гнев Новороссии

– Товарищ полковник[6 - В МВД и Армии России принято хорошим тоном всех подполковников в разговорах именовать полковниками. Естественно, не при старших по званию офицерах.], а как же хирургическая практика?

– О, Костя! Можно вас так называть, молодой человек? Можно, да… Так вот, практики у вас будет – хоть отбавляй! Как сказал еще старик Гиппократ: «Война – самая лучшая школа для хирурга!» Ну, ладно, идите пока, знакомьтесь с коллективом, собирайтесь в дальнюю дорогу… Ну, последнее – это я образно.

Коллектив, кстати, подобрался весьма интересный и неоднозначный.

Два капитана – Федор Асмолов и Александр Максименко – производили впечатление клоунов-разгильдяев, попавших в армию исключительно благодаря халатности кадровиков и призывной комиссии. Их объединяло хобби – химия, и это были не просто теоретики, а именно химики-практики. Они постоянно экспериментировали со своей перегонной установкой, создавая невообразимые по вкусу и крепости алкогольные смеси. И охотно дегустировали их, попутно угощая всех желающих. Не обделяли они благосклонным вниманием и прекрасный пол, благо девушек в медсанбате хватало.

– Будешь? – с порога приветствовали они старшего лейтенанта.

– Огнетушитель прилагается?

– О, для начала – неплохо!..

Костя Новиков смело взял наполненный на две трети пластиковый стаканчик. В конце концов, он отучился в знаменитой ВМА имени Кирова, успел послужить на Кавказе… Чем еще в отношении пития его можно было удивить? Хватанул залпом и понял – удивить есть чем! Когда диафрагму и межреберные мышцы перестало сводить судорогами, а глаза наконец-то удалось сфокусировать, старший лейтенант витиевато выматерился, а потом поинтересовался, не будет ли это нарушением субординации.

Его похлопали по плечу и предложили ломоть хлеба с тушенкой. Обильная закуска окончательно привела молодой организм в чувство.

– Подполковник сказал, что у вас можно многому поучиться – не знаю как практика, но теория впечатляет!

– Что-то мне подсказывает, что практика нам предстоит немалая, – кивнул капитан Асмолов, специалист по грудной хирургии.

В его глазах на секунду промелькнуло непонятное выражение: растерянность пополам с горечью.

– Ладно, не заморачивайтесь, – поднял очередной стаканчик Александр Максименко. – Еще по одной, и пойдем собираться в путь-дорогу.

– Нет, спасибо, пока достаточно, иначе мою печень уже можно будет выставлять в анатомическом театре без консервации в формалине.