Неприступный Севастополь. Стержень обороны

– Есть дробь стрельбе, орудия на «ноль», – подтвердил командир второй башни старший лейтенант Захаров.

– Что ж, поехали провэрим рэзультаты стрэльбы, – сдержанно сказал Иосиф Сталин.

Делегация спустилась по скоб-трапу в сводчатый коридор-потерну и вернулась к выходу из бетонного массива береговой батареи. Здесь их уже ждали черные легковые «Эмки». Капитана Лещенко пригласили проехать вместе с товарищем Сталиным. Рядом следовали автомобили охраны.

* * *

Личный состав полигона встречал делегацию по стойке «смирно».

Майор Савичев доложил о том, что снаряды большой дальности перелетели весьма обширную территорию полигона и взорвались на много километров дальше по расчетной траектории. Снова двинулись в путь.

На зеленом лугу среди полевых трав зияли две внушительные воронки. Вокруг лежали окровавленные туши овец. Безутешный пастух сидел прямо на земле, рядом крутилась черная кудлатая собака. Когда на краю поля остановилась кавалькада черных автомобилей, чабан поднялся, опираясь на суковатую палку.

Вид людей в форме не смутил старика.

– Что же это делается, а, товарищи?! Стадо ведь колхозное, с меня и спросют как с вредителя!..

– Успокойся, старик, не видишь, кто перед тобой?.. – начал было командир группы спецохраны.

– Подождитэ. Как вас зовут, уважаэмый?.. – вмешался Сталин.

– Петровичем кличут, товарищ Сталин, – пожилой пастух взглянул на главу государства неожиданно ясными голубыми глазами. И повторил: – Я Германскую войну прошел, в Осовце был.

Потом помогал здесь, в Крыму, Советскую власть укреплять. А теперь вот энти две «дуры» прилетели, и овечек-то моих – в клочья!.. А я за них перед правлением колхоза отвечаю.

– А сами-то вы как, уцелели?.. – Сталин говорил мягко, с уважением к пожилому человеку.

– Да, говорю же, в крепости служил – вот и прятаться при обстрелах еще тогда научился. Германцы-то нам тогда эту науку крепко преподали!.. Пошел, значит, овечку ловить, что от стада отбилась вместе с Пиратом.

 – Пастух кивнул на черную кудлатую собаку. – А тут – как грохнет! Ну, я сразу, лицом в траву, и пса к земле прижимаю. Следом, еще один удар – аж все ходуном заходило…

– В общем, вам не стоит беспокоиться за убитых овец. Мы их реквизируем на нужды питания личного состава Рабоче-Крестьянского Красного Флота. С колхозом мы все уладим. – Сталин повернулся к одному из секретарей и что-то сказал вполголоса. Секретарь коротко кивнул.