Неприступный Севастополь. Стержень обороны

Румынской стороне со стороны СССР был предъявлен ультиматум, а потом на эти спорные территории, аннексированные Румынией после Гражданской войны, зашли подразделения Красной Армии, были высажены парашютные десанты.

По аналогии с Крымской весной 2014 года это событие, по мнению «попаданца» Алексея, можно было смело называть Сталинской весной! Правда, состоялось присоединение Буковины и Бессарабии к СССР все-таки летом. Но тем не менее Красная Армия казалась нерушимой, а с запада на «старой границе» СССР ударными темпами строился самый протяженный в Европе укрепрайон, так называемая, линия Сталина».

Протяженность укреплений от Карельского перешейка до берегов Черного моря составляла 1800 километров укреплений и железобетонных огневых точек. А в трехстах километрах западнее уже начали возводить еще более мощную «линию Молотова». Кто поверит, что уже завтра на Советский Союз пойдут полчища угловатых, пока еще слабых, но быстрых танков с крестами на башнях. Что немецкий генерал-полковник, а впоследствии – фельдмаршал Паулюс дойдет аж до Волги, а другой фельдмаршал – фон Манштейн, фактически сотрет Севастополь с лица земли.

«Проклятие Кассандры» – все знаешь, но не можешь рассказать. Или же – «парадокс попаданца», как определил для себя Алексей. Практически то же самое – да, он встречался на бронебашенной батарее с товарищем Сталиным, успел за такой короткий срок подружиться и с Серго Берия. Но выслушали бы они его, если бы обыкновенный капитан береговой службы начал рассуждать о военно-политических процессах европейского и общемирового масштаба?! Уволили бы с командной должности, как опасного психопата – и все дела!

Да он бы сам такого «всезнайку» уволил бы! Кто знает, может, у подобного индивида «перемкнет» что-то в мозгах, да и пальнет он по Главной базе Черноморского флота из четырех «двенадцатидюймовок»!.

.

* * *

Карина будто почувствовала смятение молодого офицера. Девушка взяла его под руку и увлекла к выходу.

– Я проголодалась! – с обезоруживающей улыбкой заявила Карина.

– Держим курс на ресторан! – рассмеялся Алексей.

В небольшом уютном ресторанчике на Большой морской улице негромко играл пианист. В бокале играло всеми оттенками вино «Рубин Херсонеса» – чуть терпкое, освежающе-прохладное.

Янтарно-карие глаза Карины в полумраке будто бы светились изнутри. Алексей в очередной раз залюбовался девушкой: чуть скуластое, смуглое лицо, слегка вздернутый прямой нос, чувственные губы, миндалевидный разрез глаз.