Поле боя – Тбилиси

Пылающий смерч буквально обратил в пепел расчет двуствольной зенитки, а в следующее мгновение бронетранспортер исчез в гигантском огненном столбе.

В то же время два броневика СПМ-3 «Медведь» отчаянно маневрировали на небольшом пятачке, уворачиваясь от лавины огня. Дополнительные бронеэкраны с обоих броневиков уже были снесены, но каким-то чудом «Медведям» удавалось уцелеть.

Но они уже были обречены. Сквозь мощный электронно-оптический прицел за ними уже наблюдали холодные глаза стрелков, а их пальцы замерли на спусковых крючках.

Неслышно в общем хаосе и какофонии боя грохнули выстрелы. У находящегося впереди «Медведя» вдруг отлетело правое переднее колесо. Умолк разбитый крупнокалиберный «Корд» на дистанционно управляемой турели. Несколько попаданий пришлось по антеннам. Второй «Медведь» содрогнулся от мощного удара в радиатор, остановился и заглох. Массивный капот был сорван, а двигатель разворочен в хлам. Еще несколько пробоин появилось в бортах и крыше «Медведей» – русские броневики расстреливали, как в тире!

Широкие кормовые двери переднего «Медведя» распахнулись, и оттуда выкатилась грузноватая фигура военного в бронежилете и с автоматом в руках.

Он полоснул длинной очередью из АК-74М вверх по склону и обернулся, помогая выбраться истекающему кровью офицеру. Вслед за ними подбитый СПМ-3 «Медведь» покинули и остальные солдаты, раненых вынесли на руках в первую очередь. Замешкался только водитель. И выпал из бронированного салона, расплескивая кровь и мозговую жидкость, со срезанной напрочь верхушкой черепа.

А во второй машине радист продолжал вызывать по рации помощь:

– Прием, я «Медведь-1», мы попали в засаду! Прошу помощи! Прошу по… – Радист уткнулся в развороченную рацию, на микросхемы плеснула кровь.

Все остальные успели, к счастью, выбраться из броневиков и упасть в придорожную грязь как раз в тот момент, когда за их спинами взорвался один из «Медведей». Уцелевшие экипажи и пассажиры броневиков продолжали отстреливаться. Несколько бойцов занялись оказанием первой помощи своим раненым товарищам.

– Ползком и перебежками – к остальным!!! – надрывался один из пассажиров «Медведя», по-видимому старший офицер.

Заметив неосторожно высунувшегося вражеского пулеметчика, он длинной очередью в полрожка расстрелял его. Из рук грузинского спецназовца, а может, чеченского боевика выпал пулемет Калашникова и запрыгал по камням. Офицер не растерялся. Закинув свое оружие за спину, он подхватил тяжелый пулемет и открыл огонь.