Позывной «Волкодав»

Солдаты комендантской – теперь уже бывшей комендантской – роты заняли оборону на втором этаже полуразрушенного жилого дома. Оттуда, со второго этажа, Ракитин и метнул вниз пару бутылок «огненного шнапса» проклятым «фрицам». Полугусеничный броневик с крестами на броне был не прикрыт сверху – «коктейль Молотова» рванул вверх огненным фонтаном, мгновенно уничтожив всех, кто находился в защищенном от пуль кузове. Взорвались гранаты, разворотив «стальной гроб» изнутри. Ударная волна повалила и контузила много немцев вокруг.

Красноармейцы наверху открыли по уцелевшим врагам ураганный огонь. Трещал-надрывался в руках Виктора Ракитина верный «дегтярь», рядом лупил так, что чуть барабанные перепонки не полопались, «ППШ» командира роты. Отрывисто били карабины Мосина.

Ракитин переключил огонь на одиночные и теперь точными «двойками» – спаренными выстрелами – валил оккупантов. Он прошел курсы тактической стрельбы и не раз участвовал в боях за Донецк – в других временах и в не менее страшной реальности.

Здесь его навыки оказались просто бесценными. Вот он точным выстрелом в ногу «подсек» одного из гитлеровцев, следующие два выстрела пришлись оккупанту в грудь. Рядом взметнулась кирпичная крошка от ответной стрельбы. Виктор перекатом ушел в сторону, успев цепким взглядом засечь стрелявшего. И тут же – с колена, поразил его выстрелами в живот. Старший сержант-пограничник, а «в прошломбудущем» – боец спецназа Государственной безопасности ДНР, прекрасно знал, что в суматохе боя нужно целиться не в голову, а по фигуре. Так больше шансов поразить цель. Кстати, и стрелять лучше одиночными, так точнее, и боекомплект расходуется более умеренно. Мощные патроны «ТТ», которые использовались в пистолете-пулемете, уверенно поражали цели и на двухстах метрах, а благодаря тяжести оружия отдача была не слишком заметна.

– Вот и поквитались с немчурой за родной город! Уходим, славяне, а то «фрицы» сейчас этот дом с землей ровнять начнут, – приказал старший лейтенант Ерохин. И придержал Ракитина за плечо.

 – Отлично стреляешь, хладнокровно.

– Спасибо.

Командир оказался прав: как только солдаты комендантской роты отошли за развалины, послышался противный вой, который издают минометные мины на подлете. Позади взвились дымные фонтаны взрывов, засвистели осколки. Бойцы уже привычно попадали, прячась от разящей смерти. От истошного воя над головами до грохота взрывов проходит обычно пятнадцать-двадцать секунд. От этих мгновений зависит жизнь.