Штрафник-«охотник». Асы против асов

У полосатого шлагбаума наряд автоматчиков внимательно проверил его документы. Так же поступили и часовые у входа. Сдав оружие в приемной, майор Волин вошел в кабинет командующего 8-й Воздушной армией.

Александр смотрел сейчас на человека, по приказу которого больше года тому назад майор был разжалован и переведен рядовым в штрафную эскадрилью. И ему никогда не забыть этого!..

…Александр Волин очнулся в тюремной камере от ведра вылитой на него воды. Он ничего не понимал: что случилось, почему он здесь? Наверняка произошла какая-то ошибка…

Волин открыл глаза: над ним стояли двое энкавэдэшников.

Лиц их он разглядеть не смог из-за яркого света «лампочки Ильича», свисавшей с потолка на витом шнуре.

– Очухался, – констатировал один из них.

– Куда эту контру?

– В расход пустить, и вся недолга…

– Отставить! – раздался чей-то властный голос. – Приведите его в порядок и доставьте в пятый кабинет для допроса.

– Есть, товарищ старший майор![5 - В системе НКВД было и такое звание.

]

Через полчаса Александр Волин, слегка умытый и в более чистой гимнастерке, остановился возле серой железной двери. Позади в двух шагах стояли двое конвойных. Никаких номеров на двери не было, но старший лейтенант понял, что это и есть тот самый пятый кабинет.

С лязгом дверь в его будущее отворилась; будущее, как и эта комната, было покрыто полумраком. Тяжелая дверь с тем же пронзительным лязгом захлопнулась.

У дальней стены стоял небольшой письменный стол, на нем стояла лампа с глубоким абажуром.

– Проходите, гражданин летчик. – В голосе говорившего улавливались едва заметные стальные нотки. Этот голос привык повелевать и подытоживать судьбы остальных.

«Назвали не по званию, а значит… Значит – все», – мелькнула мысль у Волина. Несмотря на страх, способности рассуждать здраво и логично он не потерял. Эта способность – критически мыслить в сложной ситуации – не раз сослужила хорошую службу молодому летчику.

Собеседник повернул абажур настольной лампы и указал на стоящий по другую сторону стола табурет.

В рассеянном свете блеснули круглые очки в тонкой металлической оправе. Как это ни странно, но страха не было.

– Многие, попав сюда… – неторопливо начал следователь, – попав сюда, утверждают, что произошла ошибка. В вашем случае, гражданин летчик, это и так, и не так. Мы ознакомились с вашим рапортом о том бое. Написано там все открыто и правдиво о том, как были потеряны три наших штурмовика.