Лжедмитрий. Царская плаха

– Значит, по рукам?

– По рукам, боярин.

Нагой и Табанов пожали друг другу руки.

– Теперь-то отужинаешь? – спросил купец.

– Нет, Федор, идти надо. Но перед тем как уйти, скажу, что беспокоит меня твой товарищ. Ведь без него, как я понял, ты ничего сделать не сможешь.

– Мой товарищ – человек надежный, раньше за Ивана Грозного стоял, теперь за сына его Дмитрия. Так же дьяка презирает, как и я.

– Ладно. Цену-то за ладью определи.

– Ты насчет найма или покупки?

– Я насчет того и другого.

– Ну тогда так.

За наем с царевича дорого не возьмем, а то и даром дадим. Коли повредите судно, то ремонт оплатите, а коли покупать надумаете… Слыхал я, что Битяговский поприжал вашу семью в деньгах. Значит, поступим так. У тебя перстень, смотрю, золотой с большим камнем. Дорогой поди?

– Дорогой.

– Вот, если не против и обменяемся. Но коли деньгами, то цена та же, что и перстня твоего.

– Договорились. – Михаил Федорович поднялся с лавки, надел кафтан. – До прихода судна видеться не будем.

Если что передать надо, то через жену и кормилицу. Встретимся, когда придет ладья.

– Пойдем, гость дорогой, провожу.

– Я и сам дорогу найду.

– Найдешь, конечно, только кто за тобой ворота закрывать будет да собак с цепей спускать? – Табанов накинул на себя тулуп, надел шапку, рукавицы, проводил Нагого до ворот.

Михаил Федорович вошел к сестре без стука, выдохнул, присел на скамью справа от нее.

– Уф, Мария, ну и погода, думал, назад не дойду, заметет. Сугробы на улице огромные, таких еще не бывало.

– Давай о деле, Михаил. Что за погода на улице, мне известно.

– Я обо всем с купцом договорился. – Михаил слово в слово передал вдовствующей царице свой разговор с Табановым.

Она внимательно выслушала его и задумалась.

– Что-нибудь не так, сестра? – осторожно спросил Михаил.

– Нет, ты все правильно сделал.

– Тебя смущает то, что купец сразу согласился помочь нам?

– Нет. Он ничего не теряет, помогая нам, а приобрести может многое.

Если побег не удастся и Годунов учинит следствие, то в чем смогут обвинить этого торговца рыбой? В том, что он сдал нам внаем ладью? Или продал? Так на то он и купец, чтобы делать то, что выгодно.

– Но за наем он денег может и не взять.

– Это легко объяснить. Из уважения к царским особам. За такое не наказывают. В участии в заговоре его тоже не обвинишь. Обычная сделка. Почему Битяговскому не доложился? Так он и не обязан отчитываться перед дьяком.