Лжедмитрий. Царская плаха

Холодов, а это был он, внимательно выслушал казначея Александра Никитича Романова и спросил:

– А когда Годунов собирается напасть на подворье Романовых?

Бартенев перекрестился.

– Вот те крест, не знаю. О том разговора не было, но, наверное, скоро. – Что мне теперь делать?

– Служи далее. Коли чего нового узнаешь, передашь мне.

– Как?

– Ты знаешь Якова Тетерю? Это стражник в доме Романовых, со шрамом на щеке.

– Видал такого не раз.

– Вот через него и передашь.

– А для кого?

– Скажешь, для друга, он поймет.

К Бориске ты больше не попадешь, а вот дату нападения они тебе, скорее всего, раскроют. Им надо, чтобы ты скрытно подготовил тайник для кореньев, которые потом и найдут ищейки Годунова. Пока об этом речи не велось?

– Нет.

– Хорошо.

– Подскажи, как мне и Годунову угодить, и живым остаться?

– Сам мог бы додуматься. Чтобы сохранить себе и семье жизнь, тебе надобно, во-первых, обо всем, что узнаешь от Семена, сообщать мне, а во-вторых, когда Бориска стянет к подворью войска, бежать оттуда.

Дома заранее все подготовить для быстрого выезда из Москвы. Ратники Романовых без боя не сдадутся, так что свара будет большой. Покуда стрельцы сломят их сопротивление, захватят братьев Романовых, найдут доказательства заговора против царя, времени уйдет много. Ты успеешь далеко уехать. Есть где спрятаться?

– Есть. Но меня искать будут.

– Не та ты персона, чтобы тебя по всей России искать. Но прячься надежней и на Москву, пока правит Годунов, не возвращайся. Таков будет мой тебе совет.

Хочешь, слушай, хочешь, нет. Про Тетерю не забудь. Все, что будет касаться интереса Годунова к подворью, передавай ему и не пытайся узнать, кто я. Все, иди домой и обрадуй жену, расскажи ей, что тебя сам государь принимал.

Холодов, промокший до нитки, двинулся к подворью князя Ивана Дмитриевича Харламова.

Рано утром оттуда в Новгород со срочным донесением отправился Фадей Костыль, помощник Андрюши.

Спустя две недели, 24 октября князь Губанов прибыл на Москву и остановился у Харламова.

Вельможи встретились тепло, хотя обстановка складывалась отнюдь не радужная.

Харламов провел Губанова в залу, где они присели в высокие кресла.

– Да, Иван Дмитриевич, признаюсь, не думал, что Годунов после воцарения продолжит убирать со своего пути всех возможных даже по малости претендентов на трон.

– Раньше Бориска для себя дорогу расчищал, теперь, когда пошатнулось здоровье, стремится обезопасить царствование своего сына Федора.