Сержант Глюк

Катя с надеждой шла по тесному коридору редакции, располагавшейся в полуподвале старого здания. Потолочные вентиляторы лениво гоняли тяжелый воздух, лишь подчеркивая удушливость респектабельной обстановки редакции, в стиле классического кабинета. Решалась судьба материала, решалась и судьба самой Кати, стройной улыбчивой девушки, с ясными синими глазами, острым носиком и белокурыми вьющимися локонами.

Близился к концу двухмесячный испытательный срок работы в газете, а у Кати еще не было ни одной публикации, ее первую статью Артюхов зарубил.

Подходя к его кабинету, Катя старалась гнать от себя тяжелые мысли и не позволяла себе чувствовать, что обстоятельства могут затянуть ее в непоправимую ситуацию. Без своевременной публикации шанс быть уволенной по профнепригодности возрастал многократно. Уволенных, как правило, отправляли на комиссию ЦРУ по оказанию помощи в профориентации. А это всего лишь благовидный предлог для проведения чипирования. С комиссии ЦРУ человеком не возвращался никто.

Исполненная надежд на лучшее, с верой в себя и в свой талант, Катя постучала в дверь кабинета и вошла…

В свое время Костян отговаривал Катю идти в журналистику, в это «холуйствующее болото, булькающее гнилыми пузырями дешевых сенсаций». Но конкурс на все другие творческие специальности был очень велик – все хотели после учебы получить статус творцов и отсрочку от чипирования. На семейном совете, состоящем из Кати, Костяна и Гранит Романыча, решили, что единственным катиным шансом является журналистика, так как других творческих способностей, кроме литературных, она пока не проявляла.

Родители Кати и Костяна, в прошлом студенты-радикалы, а ныне добропорядочные геодезисты, давно уехали в далекие края, в поисках лучшей доли, с намерением, как обживутся на новом месте, забрать всех к себе. Но что-то у них не получилось, и они как-то незаметно растворились за горизонтом. Все легло на плечи Костяна, хотя он не считал, что ему это в тягость.

Он тащил на себе катину учебу и ее последующее трудоустройство, а Гранит Романыча спас от чипирования тем, что через Рудика выправил справку о том, что дед – подопытный участник секретного эксперимента военных, по изучению отдаленных последствий для организма некоего таинственного боевого излучения.

Так и оказалась Катя после учебы в этой поганенькой бульварной газетенке, с говорящим названием «Пук!» Выбирать было не из чего.