68 минут

– Ты прав и одновременно нет, – сделав затяжку, возразила женщина, всё так же глядя на портьеры и не поворачиваясь к собеседнику.

– Северянин и тем более Топор здесь ни при чём – не их уровень. То, что у них в Полисе есть свои шпионы, сообщающие им всё, что происходит со мной, это для меня не секрет. Штаммы, вакцины, антидоты, время, рассчитанное до секунды – головоломка в которой сам чёрт ногу сломит, а такие как они и подавно. Это государственный уровень – раньше этим занималось КГБ, потом ФСБ, а теперь какое-нибудь близкое к Кремлю безликое агентство национальной безопасности.

Нет, это привет из Москвы, но там у меня всё со всеми ровно. Не станет меня, и вся отлаженная схема посыплется, не будет больше натуральных продуктов и самое главное – не будет героина. Пока выстроят новую, получатели не получат свой груз и уйдут на другой рынок. В нашем деле главное стабильность, бесперебойность поставок. И если Москва решила свернуть этот проект, то только ради чего–то, что может заменить его с хорошим бонусом. И я понятия не имею, что нам теперь делать.

– И всё же, что же нам теперь делать? Дернуть за ниточки наших людей в Москве, связаться с теми, кто обещал нам своё покровительство? – подал голос визави, о котором женщина казалось, забыла.

– Сейчас худшее для этого время. Станем дергаться по пустякам, люди там начнут считать нас бесполезными.

– Но твоё убийство это совсем не пустяк.

– И всё же. Вряд ли в Москве, при всей её перенаселённости найдётся много тех, кто способен на такое. Это один круг, люди одного долбанного круга и они будут врать мне в глаза, обещая содействие, а на самом деле придумают что-то ещё. Мы сделаем всё, что в наших силах. Прежде всего, нужно скрыть факт моей смерти – об этом не должен знать ник-то.

– Что делать с Наташей? – сухо спросил Леший. – Док будет молчать, я тоже, как и ты.

Не говоря уже про немую.

– Убей её, – просто сказала женщина, словно попросила о ничего не значащем одолжении.

– Что? – переспросил гость, хотя и так хорошо расслышал.

– У нас нет другого выхода. Если люди узнают, что Лина воскресила меня из мёртвых, на неё начнётся настоящая охота, а наша размеренная жизнь превратится в ад. Толпы страждущих будут ходить за ней по пятам, умоляя об исцелении.