Календарь

Какое-то время, стараясь ни о чём не думать, смотрел в потолок, казалось вдавливаемый в диван нависшей над ним тишиной, разбавляемой время от времени из кухни лишь утробным гулом холодильника, а потом, наконец, уснул.

***

– Добрейшего всем утречка пятницы тринадцатого! Надеюсь, несмотря на мрачную нумерологию этот день, принесёт лишь позитивные эмоции в канун Старого Нового года! – пробуждая его ото сна, раздался такой знакомый и такой ненавистный теперь голос. Ах, как бы он дорого дал, чтобы жить своей прежней обычной скучной жизнью и никогда не просыпаться под один и тот же диджейский трёп, навсегда застряв в пятнице тринадцатого! – А с вами в эфире радио «Максималист» по-прежнему я, ди-джей Глеб Новосельцев.

Классное утреннее настроение и классная музыка на волнах нашего самого лучшего в мире радио. Только одному мне кажутся эти первые две недели года, какими-то странными? Словно Алиса в зазеркалье мы проживаем их повторно. Это время мистики, сбывающихся предсказаний и надежд.

– Да какого…! – Взревел Шамко, влетая на кухню, словно желая спрятаться от преследующего его ди-джея.

Каждый день шёл по своей собственной колее, начинаясь всегда одинаково – с голоса Новосельцева. Он сам не заметил, как в руке его оказался нож, впившись глазами в календарь, вновь оказавшийся на стене он, едва не сломав лезвие, принялся бить его остриём, словно живое мистическое существо, ожидая увидеть потоки крови текущие по выкрашенной в светлый тон стене. Но ничего подобного не произошло, растерзанный календарь был вновь сорван, но в ведро не полетел – вытащив из духовки сковородку, Андрей сжёг в ней его дотла, смыв пепел в унитаз. От этого стало немного легче, причём настолько, что хватило сил даже на яичницу и сосиски. Опасаясь теперь сорваться вместе с лифтом в шахту, молодой человек сбежал по лестнице с девятого этажа и не глядя на свою превращающуюся в сугроб машину пошёл к остановке. Снова отъезжающий «УАЗ» следственного отдела, «Скорая», разговор с Каплиным и пустой старухин дом, пропахший гарью, тоской, одиночеством и смертью. Андрей никогда не думал, что у абстрактных чувств есть запах, но сейчас сидя на опустевшей кровати, он отчётливо его ощущал, им буквально было пропитано здесь всё. И единственное, чего невольный виновник гибели женщины не мог понять, так это почему не замечал его раньше?

Сейчас прозвенит звонок, – вдруг подумал он и в следующее мгновение лежащий в кармане мобильник завибрировал, а это значило, его выход.