Звезда

Тревожно поводя большими глазами в сети прожилок вен, он нюхал воздух и, пусть ветер дул со стороны загонщиков что-то настораживало этого короля леса. Не идя к узкой перемычке земли, соединяющих природным мостом в узком месте два глубоких оврага, рядом с которым притаились охотники, он повернул в сторону. Хотя крики загонщиков становились всё ближе, инстинкт самосохранения заставил марала свернуть от дороги к желанному лесу. Глядя на лоснящийся бок оленя, Рональд ждал, когда тот станет досягаем для стрелы, но даже после этого принц медлил, выбирая момент когда можно будет поразить цель одним выстрелом.

Вдруг в овраге захрапела лошадь, испуганная приближением хищника, совсем негромко по человеческим меркам, но ухо оленя уловило его. Марал рванул с места, принц выстрелил с секундным опозданием и арбалетный болт, вместо того чтобы пробить сердце вонзился в бок. Захрипев от боли, гигант понёсся напролом к оврагу, но охотники лишь проводили его взглядом, добивать королевский трофей ник-то не осмелился.

Проклиная лошадь и конюха, принц бросился вслед за оленем, благо хлещущая из раны кровь указывала след. Свита принца последовала за ним, но сир Генрих, предостерегающе вытянул руку, и те отстали.

Быстрый и лёгкий на ходу Рональд шёл по следу зверя, рана была слишком серьёзной и погоня обещала закончиться быстро. Рыцарь, кряхтя и чертыхаясь, когда цеплялся ногою за корягу, шёл далеко позади, стараясь не терять принца из вида. Марал слабел; он падал, но каждый раз поднимался, забираясь всё дальше в густую чащобу.

Преследователь видел это по примятой окровавленной траве, по багровым следам на стволах деревьев. Добыча становилась всё ближе и, готовясь к развязке так неудачно начавшейся охоты, принц поднял арбалет, уже видя голову непокорного великана на стене своей охотничьей залы.

Впереди слышался отчётливый шорох, вероятно гордый красавец, не имея сил, упрямо брёл вперёд и Рональд, повернувшись к наставнику, торжествующе улыбнулся. Он всё ещё улыбался, когда стрелы калёный наконечник вошёл ему в затылок, выйдя на переносице.

Крик застыл у него на губах и, глядя на рыцаря мутнеющим взглядом Рональд упал. Заревев от отчаянья, сир Генрих рванулся к нему, перепрыгивая через поваленные деревья. Приложив палец к яремной вене на шее воспитанника, он замер, прислушиваясь. Он слишком много времени провёл на полях сражений, чтобы ошибиться в смерти наследника, но его сейчас интересовал уже не мёртвый принц, а его убийца.