День совка. Детектив поневоле

При любых других обстоятельствах я бы никогда не опустился до этого уровня. Но сейчас случай особый и выбора как такового у меня не осталось.

– Значит узнал.

– Гнев твой справедлив, спору нет, – чиновник сменил свой тон на более уважительный для человеческого общения, – Но вопрос лишь в том, что ты будешь делать дальше?

Он вновь уселся на свою задницу и шумно выдохнув, уставился на меня в упор.

– Ты ответишь за все свои злодеяния, и это будет справедливо.

– Как ты это себе представляешь, сантехник? Ну, потыкаешь ты мне ещё ногой по лицу, а дальше то что? Убьешь меня что ли? На это у тебя очко слабо.

– Откуда тебе знать, на что я способен?

– От верблюда, – хмыкнул чиновник, сплюнув кровью в траву, – Будь ты хоть на что-то дельное способен, этого глупого разговора бы не было.

А ведь он был, чёрт его побери прав. Я тысячи раз представлял себе, как рву его тушку на части с массой подробностей и тому подобное, но на самом деле убить его не готов. Так же у меня нет ни единого доказательства того, что он только что тут творил.

Его адвокаты попросту размажут меня на первом же заседании суда и пустят на смех по миру. Почему же я не просчитал свои дельнейшие действия? Может страсть охотника и справедливый гнев застелили мой разум непролазной тьмой?

Этот гад обличённый власть съел не одну собаку на том, как подсиживать своих сослуживцев и сживать со свету тех, кто встаёт на его пути. В какой-то момент он почувствовал себя Богом и решил что ему всё дозволено.

Решил, что может творить все, что его проклятой душе угодно и ничего ему за это не будет. Мы же все для него расходный материал и не более того. Горько от этой мысли. Что я могу изменить?

– Рано или поздно ты ответишь за всё, – голос мой звучал твёрдо, но особой веры в нём уже не было, – По крайней мере, сегодня я спас одну божью душу.

– Уж не спасителем ли ты себя возомнил? – вопросил Леонид Борисович, приоткрыв свой беззубый рот, и тлетворно улыбаясь, – Ты себя в зеркале то видел, тля ты безродная?

Чиновник натужно закряхтел, пытаясь встать на ноги, но это у него не получалось, он вновь и вновь падал обратно на колени.

Бессильная злоба вновь захлестнула мой разум, и он помутился. Не помня себя от ярости, я бросился на него с кулаками, но просчитался.

Чиновник меня переиграл, осуществив одним броском проход в мои ноги и тем самым повалив меня на спину. Откуда только в нём взялась такая прыть? Вот же я дурак.