Павел Гард и амулет тьмы

– Жизнь, конечно же, игра! – шеф встал из-за стола и сделав затяжку и выпустил дым через рот, – Но не стоит пренебрегать тем, что она даёт! Это не правильно! Бери от жизни всё, что бы никогда, и ни о чём не жалеть!

– Сходил за куревом, – едва улыбнувшись, произнёс Пашка.

– О чём это ты? – поинтересовался Ардалион.

– Ни о чём, – отрезал Пашка, – Просто присказка такая.

– А-а-а, – протянул шеф и добавил, – Ну, как угодно.

– Что, правда, то, правда, – признался Пашка, – Терять мне нечего. Но есть шанс приобрести нечто новое.

– Вот и чудненько, Павел Савельевич! Чего зря время терять! Прямо сейчас и отправимся! – предложил Ардалион, довольный быстрой сделкой.

– Чему быть, того не миновать! Но есть одно условие! – Пашка решил всё-таки оставить себе место для возможного манёвра на будущее.

– Говори! – тут же предложил Ардалион, без тени сомнения, – Мы ведь с той партнёры. А партнёры всегда могут обо всём договориться!

– Я оставляю за собой право уйти! – уверенно произнёс Пашка, – В любой момент, если сочту это нужным!

– Ну-у-у! – шеф на миг задумался, – Хозяин барин! Слово не воробей, сказано сделано!

– Да будет так! – согласился Пашка.

Двое мужчин пожали друг другу руки в знак согласия. Сделка была завершена.

– Взгляни последний раз на этот серый, убогий мир! – произнёс Ардалион, указывая рукой на вид из окна, – Я обещаю тебе! Ты не захочешь сюда возвращаться!

Утлый двор за окном, засыпанный опавшей листвой и мусором, залитый бесконечным дождём, выглядел весьма не привлекательно.

Это старикам суждено беречь прожитое и накопленное. Молодым же на роду написано покорять дальние дороги, создавая тем самым самих себя. Человек без личного опыта, всё равно как копилка без монет. Порой дивно красивая вещь снаружи, а внутри пусто, как ни тряси.

Ардалион развёл руки в стороны, встав посередине кухни. В этот момент Пашке показалось, что шеф полностью состоит из одной лишь магии. Глаза Ардалиона засверкали, словно в них отражались языки пламени.

Чёрный костюм зашевелился, меняя очертания, словно был живой. Красный галстук, скручиваясь, пополз вверх, превращаясь в бархатное жабо. Белая рубашка расширилась, украшая себя ажурными воланами. Пуговицы на пиджаке с отливом расплылись, сливаясь с материалом основы, а рукава разошлись, переползая на спину.

Шеф сиял как начищенный самовар. Теперь он был облачённый в чёрную накидку с пурпурным отливом внутри. Граф Дракула, ни дать ни взять.