Ход черной королевы

С чувством удовлетворения об этом эпизоде работы в уголовном розыске Женя размышлял о поразившем его с детства методе дедукции, которым в совершенстве владел его кумир Шерлок Холмс.

– Самое лучшее время для дедукции – медленное время и тишина, – рассуждал он, и только солнце продолжало свой бег над крышами домов, выбрасывая пучки света в арки и окна, подсвечивало и украшало уходящий летний день; спешило к своему закату. – Вот и сейчас самое время «солнечных зайчиков», – додумывал он, – они через мгновение будут игриво отражаться всеми цветами радуги от стаканов и графина, стоящих на подоконнике.

В сущности, – продолжал рассуждать Кудрин, – это и есть хороший пример той же дедукции, только в реальном времени.

За четвертым столом никого не было, видимо, его хозяин Виктор Колосов был где-то на территории.

– Три танкиста, три веселых друга, – промурлыкал тихо Женя, обводя взглядом их комнату.

Так в тишине прошло еще полчаса, пока дверь резко не открылась и в кабинет ввалился весь взъерошенный Колосов.

– Представляете, мужики, – с порога громко проговорил он, мне опять подкинули хилый материал. Как всякую мелочь, так расписывают именно мне, как будто не существует никакого участкового инспектора.

– Ты, Витя, не пыли, – пробурчал Ерихин, – лучше расскажи, что за материал тебе начальник отписал.

– Запросто! У одного человека, дрессировщика цирка на Цветном бульваре, в квартире на пятом этаже дома на Каширском шоссе оказалась маленькая обезьянка.

– Очень интригующее начало, – хихикнул Блинов.

– Как потом выяснилось, – продолжал Колосов, – дрессировщик иногда брал ее к себе домой, чтобы дети игрались с ней. Так вот вчера она также оказалась у этого дрессировщика дома. Жена с детьми уехали на дачу. А когда этот дрессировщик ушел в магазин за продуктами, обезьяна вообще осталась в квартире одна. Каким-то непонятным образом вышла на балкон, ловко перелезла на балкон соседа, который в тот момент отсутствовал дома, и забралась на столик, стоявший там. А на столике лежал пакет с пшеничной мукой и были разложены спелые красные помидоры.

Так вот она сперва скинула этот пакет муки вниз с балкона. А в этот момент на лавочке, стоявшей под этим балконом, двое мужиков разлили по стакану портвейн и приготовились выпивать. В полете пакет разорвался, и вся мука осыпала с головы до ног одного из мужиков; от неожиданности он взмахнул рукой и разбил бутылку портвейна.

– Как я сочувствую мужикам, оборвалась им выпивка, – сказал с улыбкой Блинов.