Грейстоун

Неизвестно, где мог находиться убийца, возможно, он просто прятался и ждал нужного момента, чтобы сбежать или что похуже.

Мне не терпелось узнать больше о том, что произошло, но я не мог этого сделать до тех пор, пока Алиса не приедет сюда. Подумать только, эта девушка окажется со мной в одной квартире, пусть даже и по такому случаю. Разве можно придумать что-то лучше?

Я сильно перенервничал после того звонка, поэтому мне необходимо было отвлечься. Как и всегда в подобных ситуациях, я не придумал ничего лучше, чем достать тот новый детектив.

Мне нравилось следить за тем, как развивается его сюжет, и что будет происходить дальше. И я начал читать…

На улице шел проливной дождь. Я сидел у себя в кабинете и ждал. Кто-то другой на моем месте мог сказать, что дело зашло в тупик, но я на собственном опыте знал, что тупик возможен лишь в том случае, если тебе изначально дали неверные сведения. И остается лишь узнать, ради чего все это затевалось.

Я не удивился, когда в моем офисе раздался звонок от клиентки.

Чем глубже я разбирался в этом деле, тем сильнее мне казалось, что оно призвано отвлечь внимание от чего-то более глобального. И мое предчувствие вновь меня не подвело.

– Миссис Грей, чем я могу вам быть полезен? – я как следует затянулся сигаретой и выпустил густую струю дыма. – Вы наконец решили быть со мной откровенны?

– Я не понимаю, о чем вы говорите, мистер Стоун, – её голос не выражал ни тени возмущения и звучал скорее даже насмешливо.

 – Вы уже нашли мою сестру?

– Все еще ищу, – я знал, что этот вопрос она задаст первым. – Её видели в разных местах по всему городу, но нигде она не оставалась надолго. Скорее всего, она в бегах.

– Главное, что она жива. Пока этого достаточно. Я бы хотела нанять вас для еще одного дела. Оплата удваивается.

– И кого же мне нужно убить? – рассмеялся я.

– Не убить. Покарать.

– Это не телефонный разговор, миссис Грей, – прервал я её. – Приезжайте ко мне, и мы все обсудим.

– Буду у вас через час.

Я вновь поразился этой женщине. Её голос ни на секунду не дрогнул, когда я заговорил об убийстве. Она будто ждала от меня этого вопроса и предпочла говорить со мной прямо. Она либо слишком глупа и самовлюбленна, либо крайне умна и уверена в себе. И я прекрасно знал, что первый вариант к ней отнести невозможно.

Я усмехнулся и потушил сигарету о пепельницу. Еще ни одно дело не доставляло мне такого удовольствия.