Мадьярский рикошет

Может быть, и дальше все будет продолжаться в том же духе, пока наши венгерские коллеги и армия с полицией не успокоят ситуацию?

Григонько отпил пару глотков обжигающего напитка:

– Нет, Алексей Петрович, не успокоят.

– Почему?

– Ты не в курсе, как сложившуюся обстановку охарактеризовал наш посол в Венгрии Юрий Андропов?

– В курсе. Андропов считает, что близится решающая схватка за власть и все будет решаться не за столом переговоров, а на улице. Манифестация шестого числа носила явно антиправительственный характер.

Все это нам известно, но что смогут студенты, часть трудящихся, интеллигенция и даже армия и полиция против советских войск? Две гвардейские механизированные дивизии Особого корпуса разнесут в клочья любой мятеж.

Григонько кивнул:

– Согласен, в итоге восстание будет подавлено. Вопрос в другом: какой ценой?

– Ну, как говорится, мы за ценой не постоим.

Раздался звонок телефона внутренней связи.

– Извини, Григорий Федорович.

 – Полковник Шабаров поднял трубку: – Слушаю… Пусть зайдет.

Вошел капитан, положил на стол лист с печатным текстом, козырнул:

– Разрешите идти?

– За получение документа расписаться не надо?

– Такого приказа я не получал.

– Хорошо, иди.

Офицер четко повернулся и вышел из кабинета.

– Что это? – спросил Григонько, указывая на лист. – Если, конечно, не секрет?

– Подожди, Григорий Федорович, это донесение нашего агента в Венгрии.

– Понятно.

Григонько поднял стакан, Шабаров начал внимательно читать документ.

Прочитав, снял очки, посмотрел на представителя КГБ в Венгрии:

– Похоже, Юрий Владимирович прав.

– Плохие новости?

– Как сказать… Агент сообщает об усиленной подготовке диверсионных групп в одном из лагерей в ФРГ, конкретно у деревни Вертау, что возле города Атаванг в Баварии. Групп для переброски в Венгрию. Агент упоминает подразделение «Фаркас», которое недавно инспектировали сотрудники ЦРУ.

Группа готовится для провокационных действий во время демонстраций, митингов, для уничтожения советской техники, судя по стрельбам, и для обстрела наших военнослужащих.

Григонько проговорил:

– Такие лагеря есть и в Германии, и в Австрии, есть они и в Чехословакии, но агент акцентирует внимание на лагере Вертау. Хотя там готовят и другие террористические подразделения. Почему?

– Он объясняет это особым значением, которое придается группе.