Фабрика поломанных игрушек

Стал напрягать память, пытаясь припомнить школьную программу, где данный предмет давался ему легко.

Когда подъехали к управлению, Щербаков выскочил первым и услужливо открыл дверь Апраксиной:

– Мария Ивановна, же ву при де сартир! (прошу выходить) – произнёс он торжественно громко, слегка в нос. Улыбнулся во весь рот, вскинул брови, тряхнул волосами, ожидая похвалы.

Глаза девушки расширились в настороженном недоумении.

Когда на асфальт ступила её тонкая ножка в красной туфельке, Веня мысленно представил: ЗАГС, радостные возгласы, разбросанные по асфальту лепестки роз, подкинутые вверх мелкие монеты…

Червонцев, приоткрыв дверь, расслышав последнее слово, округлил глаза – опять Веня чудит – о туалете спрашивает? В ужасе посмотрел на подопечную, но та была невозмутима, и он тут же успокоился – решил, что послышалось.

Девушка с улыбкой выпорхнула из машины, чуть приподнимая пальцами подол платья, и огляделась. Увидев на противоположной стороне улицы, за оградой парка сверкающие купола Крестовоздвиженского собора, осенила себя крестным знамением, прижав руки к груди, низко поклонилась.

Выпрямившись, повернулась и вопросительно, с ожиданием посмотрела на Вениамина.

Но тот сделал вид, что занят облобызанием начальства, подумал, что может ошибиться – как правильно креститься, он не знал.

Червонцев тоже выбрался и захлопнул дверь:

– Давай, Веня, глазки не строй. Машину на стоянку и в кабинет. Надо протоколы писать, дело готовить к возбуждению.

Девушка прижала платок ко рту и скромно потупилась.

Прохожие оглядывались на её непривычный наряд, строили догадки.

Вениамин снова сел за руль и заехал во двор, чтобы оставить машину. Подумал, что на пути к богатству начинают возникать трудности. Эти приближённые ко двору всегда были боголюбцы. Надо хоть запомнить движение руки при крещении: слева направо или наоборот?

Но пока он поднимался на восьмой этаж в старом скрипучем лифте, пронзительное неприятное скрежетание шестерёнок снова явило из памяти галифе постового и бабку с пустым ведром, а за ними и подленькую мыслишку – может, фамилия похищенной пишется через «О» или как-то похоже.

Хотя генерал и говорил об исторической личности, да вряд ли он в документики-то заглядывал – не тот калибр. Не зря же она развеселилась, когда он ей руку целовал. И чего тогда расшаркиваться?

Решительно направился в кабинет начальника.

Глава 5. Павлуша

– Пава, Павочка моя, иди же быстрее сюда.