Фабрика поломанных игрушек

Но в пятом классе он неожиданно стал проявлять излишнюю активность, когда среди мальчишек пошло увлечение заглядывать девочкам под юбки. На перемене озорники собирались в коридоре и линейками подкидывали вверх платьица проходящих мимо одноклассниц. Те смущались, краснея, обзывались, возбуждая у охальников восторг.

Расхрабрившись, сорванцы заталкивали кого-то из приятелей в девичий туалет и запирали дверь. А затем, дождавшись, когда в коридоре появится учительница, отпускали. Частенько жертвы не очень-то и сопротивлялись, а вырвавшись в коридор, сразу окунались в укоризненные нравоучения подошедшего педагога.

Однажды, выскочив из женского туалета, Павел оказался перед учителем физкультуры.

Тот усмехнулся:

– Чего это ты там не видел, Шувалов? Вон у тебя под брюками такие же колготки, как на девочках!

Это вызвало среди мальчишек шквал задорного смеха. И на очередном уроке физкультуры во время переодевания в тренировочные костюмы они схватили Пашины импортные колготки и стали дразниться, тянули их, отбирая друг от друга.

А когда надорвали в промежности – надели Паше на голову и так вытолкнули в спортивный зал, где уже построились для занятий девочки.

Испытанное унижение запомнилось мальчику на всю жизнь. Красный через капроновую сеточку школьный спортзал, смех одноклассниц и хохот педагога, показывающего на него пальцем, поразили, точно удар молнии. Соседка Настя, содрогаясь всем телом, смеялась вместе со всеми, сев на корточки, держалась руками за живот. Её нежные кроткие линии лица исказила гримаса презрения, рот кривился надменной усмешкой.

А тонкий носик расползся, вывернув наружу отвратительные широкие ноздри.

Паше стало плохо, он чуть не потерял сознание. Окружающие предметы поплыли вокруг, и чтобы не упасть, он опустился на четвереньки, пополз обратно в раздевалку, не чувствуя, как голые колени сдираются о старенький деревянный пол. Стал биться в дверь, пытаясь её открыть, забыв освободить лицо. Вокруг продолжал звучать хохот…

Придя домой, Паша отыскал любимую куклу, ухватил её голову в кулак и, сжав, изо всех сил рванул в сторону.

Голова с треском оторвалась, оставив зияющую дыру на горле. И этот чёрный провал внутрь поразил Пашу осознанием пустоты в теле из дешёвого пластика, собственной наивности ожиданий и бесполезности поисков чего-то интересного под платьем кукол, как и других, но живых и таких же бездушных лживых подруг.

Родителям Паша ничего не рассказал, но после случившегося стал приходить в школу заранее.