Фабрика поломанных игрушек

А здесь уже и жизни-то нет, наоборот, причина другая – горькая причина, человеческому уму и сердцу непонятная. Обёртывают в белую простынку, несут к машине, в морг везут. Не ждать же труповозку, да и не проедет она сюда…

А личико ребёнка уже перед глазами Червонцева стоит. Вроде не рассматривал, а всё равно запомнил и представляет себе – живым, курносым, розовощёким.

Вот тебе и весь контроль – беседуй потом с малышкой по ночам, слушай весёлое хихиканье, любуйся озорной улыбкой, в перерывах просыпайся – кури на кухне перед окном.

И сколько уже этого контроля за службу – как шрамов на сердце! Но приходится слушать начальство, презирая, глядеть в оплывшую хмельную физиономию на толстенькие слюнявые губки, кивать, извиняться, точно нашкодивший бездельник, разводить руками, обещать раскрыть:

– Есть, товарищ генерал… так точно, виноват! Разрешите идти исполнять?

Червонцев тяжело вздохнул, через думы прорвалось завывание милицейской сирены, точно воздушная тревога, предупреждающая всю страну.

Трагическая история тянулась уже несколько лет. Неизвестный насиловал и убивал девочек в лесопарке. Растерзанных жертв находили спустя несколько месяцев. Следы смывались, свидетелей не было. Что малышкам понадобилось в этом неухоженном лесу? Как они туда попадали? Может, их свозил в одно место убийца-язычник? Эти вопросы постоянно крутились в голове, буравили мозг, заставляли во время поездок рыскать взглядом по сторонам – искать зацепку.

Не прекращались в области и другие убийства, их тоже надо было раскрывать, сотрудники работали круглосуточно, по неделям сидели в командировках, но здесь-то – ребёнок! Ребёнок…

Жил Виктор Иванович в старом родительском доме на берегу озера. Деревня – в том же районе, где совершались преступления. И по дороге на службу неустанно внимательно глядел в окна машины: на встречных велосипедистов, выходящих из лесу грибников, стоящий на обочине транспорт.

Последние убийства случились в прошлом году и… неожиданно – перерыв! У маньяков – свои закономерности. А может, что почуял: он ведь как зверь лютый – горлышко ребёнку режет, точно грызёт.

За прошедший период много убийств раскрыто, преступники в тюрьме.