Фатальный абонент

Взяв спутницу под руку, быстро удалился. В руке Михаила оказались реалы. Пересчитал – почти сотня! Подошли молодые ребята. Говорили по-английски. Спросили, можно ли купить. Михаил не растерялся и даже назвал примерную цену. Покупатели расплатились долларами.

Было страшно – вдруг поймают? В результате – кутузка, экстрадиция. Но что же делать? Работы нет, денег тоже. Надо как-то выживать. Если даётся шанс? Ведь это не он сам придумал! Кто-то на небесах помогает.

Осторожно, опасливо озираясь, решил – только если сами подойдут.

И люди шли…

Скоро перед ним выстроилась очередь. Рабочие в синих комбинезонах стали неприятно коситься и тихо переговариваться между собой. Но после того, как Михаил дал им по двести реалов, заулыбались. Работа пошла веселее. Уборщики уже не кидали вещи в одну кучу, а раскладывали, как он указывал: крылья в одно место, шлемы в другое, латы и прочую экипировку в третье. Туда же изредка летели женские босоножки.

Покупателей было много. Комиссионка работала безотказно.

Проезжали платформы с громадными фигурами. Танцоры продолжали освобождаться от пут и уходить. Часа через три цены сформировались сами. Михаил не напрягал – просто сидел на лавочке и смотрел за порядком. Ни с кем не разговаривал, чтобы, не дай бог, столкнуться со своими земляками. Из периодически звучащей русской речи он понял, что карнавал будет длиться до шести утра, а завтра начнётся снова в девять вечера.

Покупатели выбирали товар и подходили, чтобы заплатить. Денежки потекли рекой.

Можно было подумать о налаживании бизнеса завтра. Но все же страшно – на всякий случай посматривал на пути отхода.

Черноволосый парень лет двадцати пяти, сняв соломенное сомбреро, долго примерял шлемы. В ход шли и мужские, и женские. Рядом суетилась невысокая девушка в розовой кофточке с отложным воротником, синих джинсах и кроссовках. Торопила. Капризно глядела по сторонам, морщилась. Ей было под тридцать. Большие черные глаза, блестящие смоляные волосы стрижены под сессон, чуть ниже мочки.

При повороте головы, передние пряди игриво закидывались на щёки, покрытые оспинками. Язык, на котором общалась пара, казался знакомым, но всё же непонятным.

Наконец, молодой человек сделал выбор. Положил шлем в полиэтиленовый мешок, так, что перья от него торчали наружу, двинулся к Михаилу. Спросил по-английски, сколько стоит.

В этот момент, словно вихрь, налетела подруга парня. Стала громко браниться, переходя на английский. Махала руками.