Люди Арка. Книга 1

Или это тень от мерцающей лампы?

Он вновь обращается к Клавусу с Ченеком:

– Камрады, благодарю. На данный момент ваше присутствие более не требуется. Если у меня возникнут дополнительные вопросы, я свяжусь с вами. Сейчас я вызову вам робота – он проводит вас обоих до выхода.

После этих его слов из-за угла коридора сию секунду выпархивает робот (Остен или его точная копия?) и убедительно просит их следовать за ним.

Я непонимающе гляжу на отца:

– А я?

– Тоа, – серьёзно произносит он. – Нам с тобой ещё надо кое-что обсудить.

Поэтому твои друзья вернутся в урб без тебя.

Я моргаю, глядя на всех четверых (включая робота), и прихожу к выводу, что спорить с отцом бесполезно.

– Камрад Клавус, спасибо за компанию, – уныло бормочу я в стремлении поддержать уходящего старика. Как же он ждал этого дня и как безнадёжно этот день был испорчен! Клавус способен лишь морщинисто улыбнуться в ответ, шурша кустистыми усами.

Распрощавшись и с Ченеком, я смотрю, как эти двое безрадостно исчезают за поворотом, увлекаемые прочь безразличным роботом.

– Может, скажешь наконец, что всё это значит? – В отсутствии посторонних я могу позволить себе быть с отцом чуть более резким.

– Не здесь. Иди за мной.

Мне ничего не остаётся, как шагать за облачённой в униформу спиной отца по осточертевшим коридорам и эскалаторам. Пару раз он останавливается, чтобы о чём-то быстро переговорить с идущими навстречу работниками Сената.

– Сюда, – резко указывает отец после четырнадцати минут прогулки, за всё время которой я так и не проронил ни слова.

Он раскрывает порт, и мы оказываемся внутри помещения, в котором я немедленно узнаю его кабинет, хоть и ни разу не бывал здесь раньше.

Сказать, что комната аскетична – ничего не сказать. Из мебели имеются лишь два прозрачных стола с левитирующими за ними креслами в форме яйца рубрума, а в центре кабинета – широкая голографическая панель, над которой парят диаграммы и схемы, смысл которых понятен лишь тем, кто здесь работает.

Но самым интересным мне кажется окно во всю стену, за которым простирается великолепный горный пейзаж с нивными шапками на вершинах голубых гор, насыщенным цветом синего неба и кристально чистым озером, в глади которого отражаются лениво плывущие над ним облака. Нет, мы не переместились в пространстве – это всего лишь окно с функцией настраиваемого вида. Отец часто тоскует по природе, как и, наверное, любой уважающий себя эфин.