Удача Бурхарда Грэма

– Здорово, – Кардинал бросил качаться в кресле, выпрямил панцирь. – Идёмте.

– Ишь ты, какой. Нет, браток, сначала свет сделаем. Ты, конечно, можешь и без него обойтись, но мой нюх несколько иного рода, без хорошего освещения не работает.

Сюртук полегчал на один факел. В жилете значительно холоднее, но гораздо удобней, особенно, в доме с сюрпризами, где всегда нужно быть начеку и внезапно подвижным. Для маленького друга саркофаг стал открытием. Ему и раньше приходилось бывать в доме, но о том, что находится под столешницей, он не знал.

Лестничная беготня с поворотами и препятствиями, прыжками и присядками, перелётами и кувырками, фонтанировала радостью. Когда внезапно закрылся вход, он лишь с безграничным доверием на меня глянул и умчался вперед, с легкостью беря препятствия. Миновали маятник, укутанный в архаично-сакральную гравировку. Один знакомый часовщик, ремонтируя те самые часы, лежавшие в кармане, сказал: «Маятник должен двигаться», но этот второй раз был замечен спящим на рабочем месте; при случае, хотелось познакомиться с ним поближе.

Крикнул Кардиналу, чтобы далеко не убегал, а то пропустит самое интересное. Приближались к системе отражателей.

За вспышкой факела на подземелье снизошёл рассвет. В преломляющихся лучах змеиными кольцами заклубилась пыль. Из облака, не торопясь, вырастали головы идолов. Войдя в их владения, Кардинал предупредил:

– Будьте осторожны. Они живые.

– Это всего лишь камень и дерево.

А вот то, что лежит дальше, когда-то было живым.

– Ошибаетесь. В них есть жизнь. Могу показать.

Он взобрался на изваяние, потерся брюшком о камень. Идол засветился мириадами крошечных жёлтых светлячков. Я не знал, что об этом говорит наука, но был потрясен, как зрелищем, так и предположением, что Кардинал говорит правду, камень обладал некой силой.

– Видите? – он слез; последовав за лапками, свечение угасало. – Бывает, эта сила перемещается из одного хранителя в другого, но не по своему желанию, а по приказу.

Здесь живые не все, – ногопилы застучали зигзагами между статуй. – Вот эти – просто камень, а там, возле стены, дерево.

Иногда в печати проскакивают статьи о неподтверждённых фактах, в том числе о древних верованиях. Печатники называют подобное чтиво «фраком для голыша», оно появляется, когда пустые колонки номера нечем заполнить. С газетных страниц мир идолов воспринимается иначе.