Человек-невидимка. Чудесное посещение

Казалось, чья-то рука скомкала одеяло и простыни и бросила на пол. Вслед за этим шляпа незнакомца соскочила со своего места, описала в воздухе дугу и шлепнулась прямо в лицо миссис Холл. Затем с такой же быстротой полетела с умывальника губка; затем кресло, небрежно сбросив с себя пиджак и брюки незнакомца и захохотав сухим смешком, чрезвычайно похожим на смех незнакомца, повернулось всеми четырьмя ножками к миссис Холл и, нацелившись, бросилось на нее. Она вскрикнула и повернулась к двери, а ножки кресла осторожно, но решительно уперлись в ее спину и вытолкали ее вместе с Холлом из комнаты.

Дверь с грохотом захлопнулась, щелкнул замок. Кресло и кровать, по-видимому, еще поплясали немного, как бы торжествуя победу, и внезапно все стихло.

Миссис Холл почти без чувств повисла на руках у мужа. Мистеру Холлу с величайшим трудом удалось при помощи Милли, которая успела проснуться от крика и шума, снести ее вниз и дать ей укрепляющих капель.

– Это духи, – сказала миссис Холл, придя, наконец, в себя.

 – Я знаю, это духи. Я читала про них в газетах. Столы и стулья начинают прыгать и танцевать…

– Выпей еще немножко, Дженни, – прервал ее Холл. – Это подкрепит тебя.

– Запри дверь, – сказала миссис Холл. – Смотри не впускай его больше. Я все время подозревала… Как это я не догадалась! Глаз не видно, голова забинтована, и в церковь по воскресеньям не ходит. А сколько бутылок… На что порядочному человеку столько бутылок! Он напустил духов в мебель… Моя милая старая мебель! В этом самом кресле любила сидеть моя дорогая матушка, когда я была еще маленькой девочкой.

И подумать, что оно поднялось теперь против меня…

– Выпей еще капель, Дженни, – сказал Холл. – У тебя нервы совсем расстроены.

Было уже пять часов, золотые лучи утреннего солнца заливали улицу. Супруги послали Милли разбудить мистера Сэнди Уоджерса, кузнеца, который жил напротив.

– Хозяин вам кланяется, – сообщила ему Милли. – И у нас что-то стряслось с мебелью, она совсем сбесилась. Может, вы зайдете, поглядите?

Мистер Уоджерс был человек весьма сведущий и смышленый.

Он отнесся с величайшей серьезностью к рассказу Милли.

– Это колдовство, головой ручаюсь, – сказал он. – Такому постояльцу только копыт не хватает.

Он пришел сильно озабоченный. Мистер и миссис Холл хотели было подняться с ним наверх, но он, по-видимому, с этим не спешил. Он предпочитал продолжать разговор в коридоре. Из табачной лавки Хакстерса вышел приказчик и стал открывать ставни.