Чудесное посещение

– Реальных животных! – улыбнулся Ангел. – Что ж, есть у нас грифы и драконы… есть джаббервоки и… херувимы… и сфинксы и… гиппогрифы… и морские девы… и сатиры… и…

– Благодарю, – перебил Викарий, когда Ангел, казалось, только вошел во вкус. – Благодарю. Вполне достаточно. Я начинаю понимать.

Секунду он молчал, наморщив лоб.

– Да… Теперь я вижу.

– Что вы видите? – спросил Ангел.

– Грифы, сатиры и так далее. Ясно, как…

– А я их не вижу, – сказал Ангел.

– Нет, конечно. Все дело в том, что в этом мире их и не увидишь. Но наши люди с воображением, знаете ли, все нам о них рассказали. И даже мне иногда (здесь в деревне есть такие места, где вы просто должны все принимать так, как вам предлагают, а если нет, то это сочтут за обиду), даже мне, скажу вам, снились они не раз – джаббервоки, оборотни, мандрагоры… С нашей точки зрения, знаете ли, они создания из мира снов.

– Из мира снов! – молвил Ангел. – Как странно. Какой необычайный, удивительный сон! Все навыворот. Людей вы называете реальностью, ангелов – мифом. Это наводит на мысль, что каким-то образом должны существовать два мира…

– По меньшей мере два, – вставил Викарий.

– …Которые лежат совсем близко друг от друга и при этом все же не подозревая…

– Близко, как в книге страница к странице.

– …Проникая друг в друга, но живя каждый своею жизнью. Сон поистине упоительный!

– Да… А нам и во сне не снилось… То есть снилось только во сне!

– Да, – сказал Ангел задумчиво. – Так оно, верно, и есть – что-нибудь в этом роде. Мне теперь припоминается: иной раз, когда я засыпаю или когда задремываю под полуденным солнцем, мне вдруг привидятся странные помятые лица, вроде вашего, и деревья с зелеными листьями на ветвях, и вот такая несуразная, неровная земля, как здесь… Так оно, верно, и есть.

– Иногда, лежа в постели, – начал Викарий, – уже в полусне, я, случается, вижу лицо, такое же красивое, как ваше, и странную ослепительную панораму, чудесные картины, проплывающие мимо, парящие над ними крылатые тела, расхаживающие взад и вперед дивные – а иной раз и грозные – образы.