Непревзойденные

Хендерсон же не терял времени. Он сблизился с парнем и нанес тому коварный, болезненный, вызывающий сильное кровотечение удар в нос. Парень взвыл, схватившись за лицо. Джеймс подсек ноги незадачливого недоумка, и тот рухнул на асфальт.

Хендерсон нагнулся к нему и спросил:

– Где у нас портсигар? А, вижу. Сам штаны, придурок, снимешь или помочь?

– Извините, – прохрипел парень. – Не надо.

– Что не надо?

– Ну… портсигар. Лучше возьмите его себе. Он дорогой!

– Я, щенок, грабежом не промышляю.

– Да, сэр!

– Так-то лучше.

К Хендерсону подошла миссис Фостер. Она слегка шаталась, но уже успокоилась и неожиданно ударила парня каблуком своей туфли в промежность. Тот охнул.

– Поиметь меня захотел, ублюдок? Теперь ты не то что на бабу не залезешь, а ссать кровью неделю будешь. – Она обняла Хендерсона. – А ты молодец, Джеймс. Настоящий мужчина.

– Было дело, дорогая, а что?

– Мой муж тоже в каком-то спецподразделении служит.

– Ну, полковник только командует.

– Докомандовался! Он третий год из Ирака не вылезает. Если и выбирается в отпуск, то на жену никакого внимания. Его, видите ли, больше покер интересует. Ну и хрен с ним, пусть получает оргазм от фишек. Идем, дорогой, я уже промокла. И не только сверху.

– Намек понял. Бежим! Дома я согрею тебя так, что пар пойдет.

– Ой ли?! Учти, еще ни одному мужику не удавалось полностью удовлетворить меня.

– Ты это серьезно?

– Вполне!

– Значит, я буду первым!

– Какие мы самоуверенные! Оттрахать женщину так, чтобы, достигая оргазма, она теряла сознание, это не избить трех тупоголовых ублюдков.

– Если ты заметила, я слов на ветер не бросаю!

– Посмотрим! Но вечер в любом случае вполне удался.

Хендерсон и Анжелика сели в «Шевроле», и бывший офицер спецназа США повел автомобиль к Эдмору, пригороду Филадельфии.

Отъехав от клуба, Хендерсон достал сотовый телефон, и миссис Фостер недовольно спросила:

– И кому это ты хочешь звонить?

– Не поверишь, дорогая, маме!

– Кому? – удивилась Анжелика, не помнившая своих родителей, воспитывавшаяся теткой, а больше улицей и к четырнадцати годам уже вовсю обслуживающая мужчин своего квартала. – Мамочке? А ты, оказывается, послушный сыночек. Ну, тогда не забудь спросить у нее разрешения трахнуть меня.