Ногайская орда

– Назад, сучка блудливая! – крикнул Магоня. – На куски изрублю!

– Нет, – так же спокойно сказал Горбун. – Не сможешь. Я не дам.

– Да кто ты такой?

На дверь с крыльца кто-то крепко надавил. Еще немного, и она слетит с петель.

Магоня решил действовать. Он не представлял, какой силой и мастерством обладал воин, стоявший перед ним. Разбойник начал махать топором, наступать на Горбуна.

Тот отошел на пару шагов, потом отвел шестопером удар топора и без остановки сверху вниз влепил ему по голове. Череп раскололся.

Разбойник упал на пол и задергался в судорогах.

Горбун перешагнул через него, пошел к дверям. Та тряслась, но стояла.

– Эй, князь! – Горбун знал, что за створкой находился Савельев. – Погоди ломиться. Нет нужды дверь вышибать. Сейчас я отворю.

– Осип, ты в порядке?

– В полном.

– Семья?

– Тоже.

– А Магоня?

– Он не в порядке. Противно смотреть на то, что от него осталось.

– Отворяй!

– Ага.

Горбун открыл дверь, и мимо ратников особой дружины в опочивальню рванулся князь Лаперин.

Он не заметил труп своего бывшего холопа, споткнулся об него, упал, тут же поднялся и вбежал в комнату.

Туда же прошел и Дмитрий Савельев. Влас с Горбуном остались в сенях. Жена и дочь бросились к мужу и отцу, обняли его и заплакали.

Савельев присел на лавку, на которой спал ребенок, вернул князю Лаперину мешок с деньгами и сказал:

– Ну вот, Аркадий Дмитриевич, кажется, и все. Мы сделали свое дело.

– Да, Табачника вы схватили, остальных побили, освободили мою семью.

Спасибо вам…

В это время на улице вдруг раздался истошный рев:

– Прибью, собака!

Кричала явно баба.

– Чего это там? Горбун! – крикнул Савельев.

– Тут я.

– Что за рев во дворе?

– Сейчас гляну, – сказал Осип, через малое время заглянул в опочивальню и проговорил: – Князь, там, во дворе, баба Чибиса Валентина едва Бажена вилами не пробила. Хорошо, вовремя отмахнулся. Сейчас ее связали, лежит на земле. Но с ней малец пятилетний. Плачет он. Чего с ними делать-то?

– Пусть пока полежит.

За мальцом пусть Истома присмотрит. Я подойду, разберусь.

– Ага, я передам Уварову.

– Давай.

Горбун передал лучнику наказ, вернулся в сени, присел на сундук, стоявший в углу, взглянул на Бессонова-младшего, хотел было что-то ему сказать. Но тут из опочивальни вышли Дмитрий Савельев и князь Лаперин со всей своей семьей. Ратники поднялись.

Воевода взглянул на них и приказал:

– Давайте вниз! Бабу Чибиса и сына его в телегу, что на заднем дворе.