S-T-I-K-S. Ганслер

Сказать, что я палился и подставлялся? Да ладно! Брал ведро, лопату и, нагружая почки, кишки и селезёнки вперемешку с грязью и отборным матом, оттаскивал на кладбище, где вечером закопаем останки горемыки. Кости и изуродованный скелет с кусками позвонков я укладывал на куски разорванной палатки и тащил туда же. А это, между прочим, спинной мозг и отдельный тип лекарства. Неприметненько? Все старались помочь советами, но касаться крови не хотели. Из всего стаба подобной работой обычно занимался я, бойцы Бороды и ещё несколько человек, матюгая и недобро посылая многочисленную группу поддержки.

Умники с базы потом разбирали всё на молекулярном уровне, а концентрация лекарства была такая, что даже если я в миксере с калом, мочой и грязью перемешаю, они всё равно от восторга прыгать будут. Расположение кладбища я тоже заранее обговорил с Вомбатом. На первый взгляд там всё оставалось нетронутым, но спецы из парней моего начальника ухитрялись лихо эксгумировать трупы долгожителей Стикса, подменяя на свежаков, которых в окрестностях базы бродили тысячи.

За этот год к нам не раз приезжали и на танках. В основном это происходило, когда у нас заводились местечковые стронги, решившие вдруг побороться за независимость Стикса. На наш посёлок внешники демонстративно плевали, но если вдруг появлялись партизаны, а они появлялись обязательно, то кара следовала незамедлительно. Вомбат абы кого у себя на базе не держал. Получив по зубам, чудо-стронги откатывались с большими потерями, притаскивая раненых и изредка трупы убитых товарищей.

Затем происходил тот самый ужасающий артналёт, а через некоторое время прикатывала броня. Как правило, внешники использовали БМПТ. Тяжёлая техника, заточенная на борьбу с регулярной пехотой, обладающей птурами и артиллерией, не оставляла никаких шансов. Мы, матюгая самопальных партизан, драпали по окружающим кустам, благо между приходом брони и окончанием обстрела оставался приличный люфт времени.

Самопроизвольных рейдов внешников в сторону нашего незатейливого поселения не случалось ни разу, только по поводу.

А поводов хватало. Это я тоже обговаривал со своим командиром, который вначале скептически относился к большому списку условий и действий по намеченному сценарию. Я целый том инструкций написал, кто, что и когда будет делать, сколько времени займёт подход техники или, вернее, сколько должен занимать подход техники, каким оружием пользоваться и ещё куча всяких правил.