S-T-I-K-S. Изолированный стаб

Мы потом из крышки его капсулы дверь в бункер сделали, даже танковый снаряд не пробьёт! Красавчик ничего тяжелее сенсорного управления в руках не держал, а теперь любимое оружие – ухват. Что это такое, он знал, но в руках держал впервые. Между прочим, изб, где есть печь, как мы её понимаем, в которую горшки ухватом сажать, прилетает всего несколько штук, остальные топятся по-чёрному.

Теперь любимое оружие. Так удобно – всунуть шею заражённого, и потом бам! Ну. куда, 2,15 роста, всё-таки отожрутся наши будущие потомки на биологически активных курицах и фастфуде, ни одна шея тварей не выдерживает.

Вот так и живём. Прилетают у нас люди современные, а терема старые. Пробовали определять век поточнее, больше четырнадцатого ну никак, не больше. Только-только на Руси порох появился, есть и пищали со стволами, которые двум взрослым мужикам поднять тяжело, а пушки… пушки это нечто, вообще ни на что не похоже.

А! Вот ещё что. Спасибо!

Спасибо тому мудрому человеку, тому гениальнейшему человеку, который придумал в базовой станции мобильного провайдера все частоты разблокировать, разрешить.

Теперь любое GSM устройство, неважно из какого мира оно попало, получает сигнал. На новые телефоны, появляющиеся в сети, наши соседи делают звонок. Пытаются что-то объяснить. Кто-то верит, кто-то нет, кто-то уже не берёт телефон, поскольку ему кого-нибудь поесть бы, или уже кого-то ест. А кто-то выходит на точки защитных групп. И у нас тоже появилась мобильная связь. Теперь у каждого из нас в кармане по мобиле. Мы вообще красавчики – бабы в кокошниках, сарафанах, мужики в сапогах, шароварах, рубахах-косоворотках, зато все с мобилами.

Глава 5. Добрая Милая Крёстная

Я сюда попал старым. Ехал в машине, потом был кисляк, но это я позже узнал, а так, туман как туман. И вдруг меня, уже без машины, швырнуло в кусты, прилично долбанув об землю. Пара минут ушла, чтобы прийти в себя от удара и осторожно встать на ноги. Я пошевелил руками, затем ногами и понял, что бодр, весел, и у меня ничего не болит! Когда вам пошёл хренадцатый десяток, а мне тогда уже далеко за хренадцатый десяток был, и вы понимаете, что у вас ничего не болит, единственное объяснение – умер.

Однако я оптимист, поэтому процентов десять-двадцать отложил на всякое там – другой мир, апокалипсис и прочие невероятные варианты, но действовал по базовому плану. Вокруг меня были монстры и другие иммунные.