Третий Шанс

И это стало моим самым выдающимся достижением в жизни. Которое, – профессор усмехнулся и поправил очки, – так и останется непризнанным. Точнее, не известным научной общественности. Мы разработали модель личности по обрывочным данным, но при этом добились стопроцентного «попадания». Величайшее, скажу я вам, молодой человек, научное достижение! Подпадает ли такое воссоздание личности под определение клонирования, я не знаю… Никто не знает. Поэтому эксперимент проводили в тайне у меня на даче. Готовился я к нему лет десять, даже больше.

Чтобы точно никаких следов… – профессор опять усмехнулся и добавил то ли с иронией, то ли с гордостью: – Всё-таки за мной следят лучшие разведки мира.

– И чё? – Коля остановился и посмотрел прямо в глаза дедушке Кеше, но тут же отвёл взгляд. А потом взорвался: –Да чё ты ваще за хрень тут устроил?! Мне тут теперь…

– Прости, Коля, – профессор не дал ему договорить, – пока не знаю. А что? Живи тут пока, наслаждайся. А там придумаем что-нибудь. Давай только переждём немного, в себя придём.

– Хренасе, «наслаждайся»! Да… да… – слова правильные Коля подобрать не смог, а от возмущения ещё и дух перехватило. – Да похрен мне на твои секреты и грёбаные эксперименты! Слышал?! ПОХРЕН!!! Я чё тут теперь должен… – и он запнулся, подбирая слова.

– Ты про «золотую клетку» хотел сказать? Не совсем правильная была бы аналогия. Мы придумаем что-нибудь. А пока – будь гостем. Да и пережить всё это вот так, в домике у реки, проще, чем если бы тебя в «большую жизнь» выпустить.

Поверь, современный мир ничуть не проще того, из которого я тебя перенес.

Коля молчал. Обдумывать не получалось, он был разъярён! И ещё было себя очень жалко. Сквозь вихрь переживаний мелькнула мысль: а ведь мечтал же о беззаботной жизни, точнее, фантазировал, как о несбыточном, а тут вот на тебе! Сам же хотел! Но Кеша реально козёл! Вытащил, не предупредив, урод, хрен знает куда! А тот, «настоящий» Коля… И вдруг дошло! И на месте ярости вдруг образовалась пустота.

– Кеш… а я… когда…

Дедушка Кеша остановился, повернулся к Коле и внимательно посмотрел ему в лицо. Потом снял очки, отхлебнул кофе. И сказал глухо:

– А вот с этого момента давай разделять «я» и «он». Он умер в семьдесят три. Его родители, жена, дочь… – но тут профессор не выдержал и отвернулся.

– Я могу на могилы съездить?

– Сейчас нет, а в принципе, конечно. Только, пойми правильно, нам это нужно организовать.