Беда

Она лизнула его и плюхнулась рядом на спину, все еще задыхаясь.

Они лежали вместе – мальчик и собака, – дыша тяжело и почти в такт, с соленым вкусом во рту. Иногда над ними пролетали чайки, и их крики подталкивали солнце ввысь. С моря тянуло прохладным ветерком – он ерошил одному волосы, а другой шерсть, но ни он, ни она этого не замечали. Песок под ними понемногу согревался.

Первым открыл глаза Генри. Небо было уже совсем синее. Он оперся на локоть и сверху вниз посмотрел на собаку, которая тут же открыла глаза и посмотрела на него.

Такой уродины, подумал Генри, свет не видел. Морда вся побитая, в струпьях – и многие из этих струпьев содрались во время их отчаянного бултыхания и кровоточили. У нее не хватало порядочного куска левого уха, из-за чего вся морда казалась слегка перекошенной, и кончика правого. Подсыхая на солнце, ее черная шерсть – короткая! – становилась все более блеклой, а на ляжках и в задней части спины проступали желтые проплешины. Все ее ребра торчали наружу, хоть пересчитывай, а там, где кончалась грудная клетка, туловище сразу сплющивалось, как сдутый воздушный шарик. Проведя рукой по ее загривку, Генри почувствовал каждый позвонок так же отчетливо, как старые зазубрины на тесаных брусьях под их домом.

Похоже, эта собака жила не слишком далеко от Беды.

– Ну и зачем ты туда полезла? – спросил Генри.

Собака внимательно смотрела на него. Может, она искала на утесах чего-нибудь поесть и ненароком свалилась в воду, подумал Генри.

– Есть хочешь? – спросил Генри.

Собака молча смотрела на него.

Генри отряхнул песок, прилипший к ее морде. Он попробовал было стереть и кровь, но собака тут же отпрянула. Когда он встал, она торопливо вскочила, но с опущенной головой и поджатым хвостом.

– Пошли, – сказал Генри, но не успел он сделать и трех шагов к воде, как собака забежала вперед и завалилась перед ним на спину, выставив брюхо.

Генри нагнулся и почесал ее за ушами.

– Хватит дурака валять, – сказал он и прошел мимо. Еще три шага – и она снова очутилась перед ним брюхом кверху.

Она лежала не шевелясь и внимательно смотрела на него.

– Прекрати, – сказал Генри, но на сей раз он сделал только два шага и снова чуть не споткнулся о собаку, которая лежала на спине и при этом все же умудрялась вилять хвостом.

Путь к воде оказался долгим, и когда они наконец туда добрались, Генри стоило немалых усилий поднять собаку на ноги и не дать ей снова шлепнуться на спину и выставить брюхо.