В погоне за собой, или Удивительная история Старика

Так же в одном из углов стояла высокая тумба, достававшая мне до груди и запертая на замок. В ней хранились часы, запонки, зажимы для галстука, булавки на лацкан, и прочие штуки. Об этом всём мне рассказ сам Старик через пару недель после того, как я начал у него работать.

Четверть вещей этого гардероба приравнивалась к доходу господина Шапиро не за один год. Тогда я задался вопросом. Если мой начальник, получивший такую небольшую власть, стал таким надменным, высокомерным и мерзким, каким же должен был быть плохим такой богач, как Акель Вирт? Эта мысль меня неслабо напугала.

Единственное место, куда мы не смогли пройти в доме – мастерская Старика. Туда без его разрешения никто не мог попасть.

Когда Зоя демонстрировала мне веранду, я выглянул в окно и посмотрел на небо. За все то время, что я присутствовал в доме, его затянули темные тучи, только-только начавшие сбрасывать с себя холодные капельки. Это меня удивило, так как в течение всего дня ничего не предвещало вечернего дождя.

Зоя так же обратила на это внимание.

– Интересно. В прогнозе погоды не предвещали осадков. Скажите, и как можно на них положиться?

– Не знаю. Мало на кого можно полностью положиться. Синоптиками точно нельзя доверять,– последнее предложение вырвалось у меня невольно, и я прошептал его так тихо, что это не услышал никто кроме меня.

– Вы сейчас о себе?

– А?– засмотревшись на падавшие дождинки, я переспросил, но потом, быстро обдумав вопрос, ответил.

– Не буду допытываться,– кивнула Зоя, а после хлопнула в ладоши.– Что ж, мы вроде все вам показали и рассказали. Думаю, теперь настала пора познакомиться с господином Виртом.

От этих слов внутри моей груди ёкнуло что-то трусливое, но я взял себя в руки и кивнул.

Покинув веранду, мы направились к полупрозрачной двери – единственному месту кроме мастерской, куда меня еще не заводила в процессе экскурсии Зоя.

Комната представляла собой средних размеров спальню, выкрашенную, так же, как и все, в спокойные тона. С правой стороны стояла большая кровать, с обеих сторон обставленная торшерами, а напротив нее висел плазменный телевизор. Паркетный пол покрывал мягкий махровый ковер.