Одно сердце на двоих

– Ты можешь объясняться понятней?

– Гвоздь на селе живет?

– Да, через два дома, не считая магазина.

– Отлично. Он как службу несет, не знаешь?

– Днем постоянно в поместье. Приходит часов в восемь, уходит в шесть, а то и в семь. Если гости наведываются, то и до утра может остаться. Потом до обеда отдыхает.

– А ты неплохо осведомлен.

– Присматриваюсь.

– Это хорошо. Ты посмотри завтра за Гвоздем. Как тот направится домой, купи в магазине коньяку или водки, смотря что потребляет эта сволочь, и зайди к нему в гости.

– В гости?..

– Именно.

– Так он меня и пустил.

– А ты ему с ходу, извиняй, мол… как его по имени-отчеству?

– Николай Николаевич.

– Извиняй, мол, Николай Николаевич, разговор есть. Покажи ему пойло.

– Дальше что?

– А дальше, как сядете за стол, скажи, научи, мол, жизни, Николай Николаевич, а то что-то служба не идет. Вроде работаю как надо, а имею одни неприятности. Уверен, Гвоздю это польстит. А ты дави, дурак, дескать, был, зря против Сухобокова пошел из-за какого-то инвалида.

Спроси, как исправить ситуацию.

Борисов прострелил Галдина острым взглядом.

– Ты что, старлей? Предлагаешь продаться? А сам говорил…

Вадим прервал собеседника:

– То, что я говорил, все в силе. И пойдешь ты не продаваться.

– А за чем же? Иначе этот визит назвать невозможно.

– Ты же в десантуре служил?

– Да.

– Тогда знаешь, что такое отвлекающий маневр.

– Отвлекающий маневр?

– Именно. Нам не подобраться к поместью Сухобокова ни с тыла, ни с флангов, так?

– Сложно!

– Значит, надо что? Войти туда открыто, через парадный вход.

Конечно, Гвоздь поначалу проверит тебя. Хотя, может, и не станет. Не такой уж он военный стратег, обычная поганка. Но Сухобокову о тебе расскажет. Мол, поумнел участковый, приходил, каялся, что не так вел себя. Хотел бы исправиться. Что толку оборванцев защищать, когда есть возможность послужить человеку достойному. Что-то в этом роде. Главное сыграть так, чтобы тебе поверили. Тогда ты получишь доступ в поместье. Пусть не в сам дом, но уж это будет успехом. Скорешишься с Гвоздем, как бы это ни было противно. Глядишь, в команду возьмут.

Борисов хмыкнул и заявил:

– А ведь ты прав. Таким вот образом можно попасть в их банду.

– А я о чем?

– Поверит ли мне Гвоздь?

– Сыграешь как надо, поверит.

– Ладно, согласен. Но ты должен знать, что я это сделаю лишь ради того, чтобы наказать бандитов.

– Я знаю.