Цена момента

А потому, в качестве компенсации этого момента, им позволялось жить в номерах класса “эконом” и забирать с собой списанные продукты в конце смены. На первый взгляд, это была не самая лучшая компенсация, но, как ни странно, многие и вправду цеплялись за эту призрачную надежду на комфортное существование.

Для всего персонала настоящий день мог пройти гораздо спокойнее, если бы не тот факт, что сегодня являлось вторым воскресеньем месяца: именно в этот день, на протяжении многих десятков лет, проводились вечера живой музыки.

За всё время существования акции в ней приняли участие многие начинающие пианисты, флейтисты, скрипачи и даже виолончелисты. Сегодня, на суд искушённой публике, был представлен начинающий саксофонист – Томас Пейдж. Говорить о том, что мистер Пейдж был профессиональным музыкантом, не приходилось. Даже назвать его симпатичным мужчиной было бы излишне авансовым комплиментом. Впрочем, когда ты, не закусывая, выпиваешь четвёртый бокал бренди, то твои органы чувств начинают более сдержанно реагировать на откровенный живот, неаккуратную тёмно–русую бороду и фальшивую игру, периодически напоминающую поросячьи визги в подмен привычным звучаниям нот. Вдобавок ко всему, ты можешь обнаружить себя среди тех, кто громче всех аплодирует после каждого акта, крича такие слова, как “браво”, и призывая исполнить композицию на бис.

Примерно в девять часов вечера концерт подошёл к своему логическому завершению. Гости начали расходиться, дав персоналу возможность, не только прибрать за собой остатки еды и мусора, но и подготовиться к закрытию заведения.

Однако в такой день всё не могло закончиться так просто. Когда в едва опустевший зал беспардонно ворвалась девушка, никто уже особо не удивился этому. Напротив, это вызвало лёгкое возмущение, переходящее в желание поскорее разобраться с этой ситуацией. Пройдя до середины комнаты, девушка демонстративно кинула на пол два потрёпанных чемодана, после чего начала оглядываться вокруг себя.

“Какова нахалка!” – подумала Нэнси, отставляя швабру к ведру.

Подойдя к девушке почти вплотную, она пристально рассмотрела незваную гостью: особа оказалась весьма юна и прекрасна. На ней было надето вельветовое платье с голубым отливом, танкетки на высоком каблуке и фетровая шляпа, из–под которой выставлялись белокурые локоны, заканчивающиеся на стройной талии. Её голубые глаза не отрываясь смотрели на Нэнси, ожидая чего–то похожего на приветствие. Но в понимании мисс Диккенс, радушие выглядело несколько иначе.