Креахоновая крепость. Водовороты времени

– Ставлю свой лучший цилиндр на то, что они могут генерировать помехи, которые не позволяют оргулам читать мысли!

Яналия с сомнением почесала подбородок, но спорить не стала:

– Думаешь, Валрус знает, что стало причиной скачка? И пытается повести агентов по ложному следу?

– Может да, а может, и нет. Но что-то здесь нечисто!

– Получается, под подозрение попадает не только Моррисон, но и Валрус. А ключ ко всему – та самая цистерна, из-за которой меня едва не убили на парковке! Гермес, нам надо найти её!

– На корабле мы будем искать её до Т’мумского Нового Года! Моррисон мог спрятать груз где угодно, в любом ангаре! И приставить охрану из роботов.

– Ты прав… – опечалилась Яналия. – Надо поговорить с Расулом, когда он выйдет с больничного. Он знает корабль вдоль и поперёк! И, возможно, видел что-нибудь необычное.

Утвердив этот план, Яналия и Гермес ещё немного поболтали и отправились по своим квартирам.

Глава 5

Натянутый хлыст

Корабль находился в полёте уже шесть дней.

Начались однообразные будни: Яналия ходила в школу, тренировалась в спортзале и отрабатывала акробатические элементы под руководством отца. На шестой день, перед уроком этики, Гермес сообщил Яналии, что намерен опробовать новый трюк.

– Когда? – оживилась Яналия.

– Сегодня вечером. Если ты не занята.

– Я свободна!

Хорошая порция адреналина – как раз то, чего недоставало Яналии во время скучных межпланетных перелётов. Благо, их дуэт имел уникальный талант – находить приключения, даже не покидая корабля.

Занятия по этике проходили в классе номер три, а преподавателем был флегм по имени Ганза Га. Его родная планета Исла вращалась вокруг звезды Бетельгейзе, где-то в созвездии Ориона. Флегмы обладали весьма колоритной внешностью. В том, что именно флегм учил их толерантности, была своеобразная ирония. По меньшей мере, студенты Ганзы Га были вынуждены брать под контроль брезгливость, зачастую мешавшую нормальному общению между инопланетянами.

Все были на своих местах, когда в дверях возник Ганза Га. Оставляя за собой блестящий, быстро высыхающий след, он медленно прополз через аудиторию. Во время движения его мясистое тело судорожно сокращалось, а передняя, приподнятая над землёй часть мерно покачивалась. Флегмы напоминали гигантских, метров семь-восемь от макушки до хвоста, розовых слизней. На голове у них имелось подобие лица: широкая зубастая пасть и два влажных навыкате глаза.