Наживка для вермахта

Был момент, когда в правом крыле управления не осталось никого из защитников, и группа немцев смогла ворваться туда. Но затем лейтенант Гришин со своими людьми, при поддержке бойцов из батальона сержанта Костюкова, сумел снова выбить врагов из здания. А Спирягин, стреляя из противотанкового ружья, сумел подбить одну вражескую машину. Остановившийся и потерявший управление танк забросали гранатами, он взорвался. После этого оставшиеся танки отступили.

И опять, как и накануне, Глеб не заметил, как прошел день, как настал вечер, а затем и ночь.

Когда темнота сгустилась, бой, наконец, затих. К этому времени Шубин падал с ног от усталости. И не он один: едва стихла стрельба, как все бойцы легли на тех местах, где держали оборону, и не шевелились.

Однако капитан не мог лежать: ему нужно было еще подсчитать потери, узнать, сколько у него раненых, и отправить донесение в штаб полка. Оказалось, что в этот день погибли столько же бойцов, сколько и при ночном штурме управления, – 16.

А вот раненых было меньше – 12. «Какие потери! – думал Шубин. – Такими темпами еще три дня боев – и от моего батальона никого не останется». Однако, передавая сведения о числе раненых, он испытал что-то похожее на радость – значит, к нему в батальон снова придет Катя, он снова ее увидит.

Однако тут Шубина ожидало разочарование: когда в здание бывшего заводоуправления явились санитары и с ними медсестра, оказалось, что пришла не Катя, а совсем другая женщина. Звали ее Серафима Андреевна, она была властная, громогласная и ничем не походила на Катю.

Глава 4

Прошел первый день Шубина в Сталинграде, прошел и второй, и третий, и четвертый. Постепенно он втянулся в эту непривычную для него стихию боев в разрушенном городе. Привык пользоваться рацией, вовремя отсылать сводки о потерях, просить и даже требовать боеприпасы, питание. Потери в батальоне постепенно уменьшались: бойцы овладевали навыками уличного боя, учились прятаться от артобстрелов, сами стали метко стрелять.

Однако сокращение числа защитников управления сказалось: на третий день немцы предприняли особо яростную атаку, которую поддерживали два танка. И хотя бойцы Шубина, Костюкова и Спирягина так же яростно отбивались, удержать здание не смогли. Им пришлось отступить на прежние позиции в цеху. Впрочем, сержант Костюков находил в этом отступлении свои преимущества: ведь отсюда было ближе ходить за водой.