Жизнь не кончается никогда

Все эти люди подготавливались к своеобразной сдаче экзамена на звание человека – понятие, совершенно не поддающееся объяснению и простой логике существования. Возможно, что им всем необходимо было пожертвовать самой дорогой для себя ценностью во имя чего-то Высшего, непознанного… По-видимому, генерал, оставив себе честь, отказался взбираться на вершину этой невидимой горы. Мы все имеем право на выбор, но душа нам не принадлежит. Вот пока и все обо мне, а что будет дальше, я не знаю. Но ты со мной.

А вдвоем легче!

Вера подошла ко мне, как в столбняке сидящему за кухонным столом, поцеловала меня в макушку и буднично сказала:

– Пошли спать. Я устала ужасно.

А я подумал, что сегодня мы стали с ней единым целым – мужем и женой, хоть и не официально.

Глава 5

Наступившее утро я встретил первым. Вера блаженно спала. Бодро соскочив с кровати, я решительно двинулся по направлению к душу, на ходу собирая разбросанные по полу вещи. Как я их сбрасывал – убей, не помню, восстановить в памяти момент страсти невозможно.

Вернулся в спальню свежачком, готовым к дальнейшим подвигам любого значения и масштаба, но увидел аккуратно убранное любовное ложе с плюшевой собачкой на покрывале.

Снизу раздался насмешливый призыв хозяйки дома:

– Костик! Спускайся вниз кофею откушать.

«Вот хитрюга! – подумал я. – Притворялась спящей, чтобы я ее не трогал. Боится, что вчерашний фейерверк продолжится. Ну, ничего, я с ней позже разберусь.

И да, вероятно, здесь ванных комнат не менее пяти. Для брата, для свата и для сводной сестры».

Я проследовал в кухню. Вера, сияющая как бриллиант в сто карат, сидела за столом в строгом черном костюм. Она была в нем просто неотразима. Увидев меня, продолжила с ехидцей, стрелять по моему самолюбию:

– Милый, нас ждет с тобой очень увлекательное хозяйственно-закупочное мероприятие. Давай-ка быстренько облачайся в свой парадно-выходной костюмчик: ведь именно в нем ты окончательно покорил меня, и двинем потихоньку в сторону столицы.

Я абсолютно не комплексовал по поводу своего материального положения. Ну нет денег и нет. Однако мешок уверенности, что я заработаю и отдам всем с процентами, был бездонный и крепкий. Отец учил меня: «Если берешь у кого-то деньги, даже у меня, возвращай с лихвой. Запомни, не отдашь при жизни деньгами – расплатишься своим здоровьем или, может быть, здоровьем своих потомков».