Черная Дама, Белый Валет

Все стоят грязные около компа… Он сходил в комнату, принёс искомое, но мыть не стал – сыпанул три ложки кофе и залил кипятком. Не до мытья нам, господа хорошие! У нас тут меч короля Артура! Или глюк, что, конечно, куда вероятнее.

– Ты глюк? – спросил он у меча.

Меч промолчал.

Отпив пару глотков, жилец вздохнул, пожал плечами и поднялся.

– Ну, чего гадать? Надо пробовать! – заявил он и решительно коснулся гарды.

Камень в навершии засветился.

– Этим нас не напугаешь…

Жилец ухватился за рукоять и потянул нарушителя спокойствия вверх.

– А ты же должен быть тяжёлый? – растерянно спросил новый владелец, перевернув меч клинком вверх. – Слышь, штуковина, может, ты из пластика всё-таки? Тогда всё не так плохо! С головой…

В следующий момент он сжал рукоять меча так, что побелели пальцы.

– Я попр-р-росил бы вас, Светлый р-рыцарь, не оскор-р-рблять величайший из великих клинков! – раздался возмущённый голос. – Какая вам «штуковина»! Ещё бы палкой назвали! Это Белый Клинок, Спаситель Мир-ра! И вы даже пр-р-редставить не можете, какие великие маги почитали за честь держать его в своих р-руках.

Нет, говорил явно не меч! Жилец повернулся на голос, выставил вперёд клинок и печально резюмировал:

– Ух ты, говорящая рыба! То есть птица… Ну всё, приехали! Интересно, в психушку самому с мечом идти или позвонить и на «Скорой» отвезут?.

На табуретке у окна сидел огромный ворон. Мрачный, угольно-чёрный, с недобрыми бусинами глаз. Вполне себе сказочный.

– Позвольте пр-р-редставиться. – Ворон слегка склонил голову. – Меня зовут Ганцонгер-р. И поскольку Белый Клинок нашёл и пр-ринял вас – отныне я ваш фамилиар-р. И это большая честь для меня! Хотя должен заметить, что весьма удивлён выбор-ром величайшего из великих клинков. Я пр-ребывал в полной увер-ренности, что буду служить величайшему магу…

Ворон прищёлкнул клювом и переступил с лапы на лапу.

– Впр-рочем, нужно надеяться на лучшее… Итак, готовы ли вы, рыцар-рь, служить благородному делу Добр-ра и умер-р-ртвить Зло до полного и необратимого умир-рания?

Новоявленный рыцарь, не спуская глаз со странной птицы, подтянул к себе ногой табуретку, сел и спросил:

– Ты тоже глюк?

– Я не глюк! – нахохлился ворон.

– Прошу прощения. Видите ли, уважаемый Гац… Ган… – начал рыцарь, запнулся и нервно хохотнул.