Опасные обстоятельства

Пусть плавает, пока менты не найдут!

– Нет! Никаких баб. А жрать готовить будет Гринько.

– Только ты сам ему об этом скажи!

– Скажу! Я вот о чем думал, Румын, пока ты не заявился со своим идиотским предложением. Как нам нейтрализовать Зудину в день похищения дочери?

Юшко, не задумываясь, ответил:

– Тоже проблема?! Встретить суку в подъезде, отрубить ударом по черепу, оттащить в подвал, спеленать и оставить там, позже сообщив мужу, где отдыхает его молодая супруга.

– Другого ответа я от тебя и не ожидал.

Не пойдет такой вариант. С ней надо работать аккуратно. А посему найди какое-нибудь сильнодействующее снотворное. Наверняка на рынке это сделать несложно.

– Спрошу у дагеров. Может, и подгонят чего-нибудь подходящее.

– Ты должен достать усыпляющий препарат. Не меньше пяти-шести ампул со шприцами. Ясно?

– Ладно, достану. Мне деньги нужны.

– Сколько?

– А ты сам прикинь! Жратвы на шоблу купить надо? Это не килограмм колбасы или мяса. У тебя ребята крепкие, здоровые, бутерброды хавать не будут.

Мобилы купить, пусть и дешевые, тоже деньги. Препарат усыпляющий, сигарет, шприцы.

Горец подошел вплотную к Юшко:

– В моей дорожной сумке, в боковом отсеке, лежит барсетка, в ней деньги. Доллары, евро, рубли. Возьми пятнадцать штук деревянных.

– Понял! Так я свалил в город?

– Не рано?

– Восьмой час! Пока на стоянку схожу, с охраной побазарю, пока такси поймаю, на рынок заеду, а он в восемь уже во всю пашет, с дагерами тему по препарату перетру, по окраинам проеду.

Хорошо, если к обеду вернусь.

– Ладно, давай, вали!

– А ты своих предупреди насчет повара!

– Я склерозом еще не страдаю, и напоминать мне не надо. Ни о чем и никогда. Не люблю этого, Румын, очень не люблю!

– Лады! Я ушел!

– Счастливо!

Дания взглянул на свои часы: 7-08. Детей в школу родители доставляют к 8-00 – 8-15. Почему Анастасия Зудина приводит дочь пешком? Ведь ее вполне мог завозить по дороге на работу и отец? Значит, он уезжает из дома раньше 7-40.

Или позже 8-30. Надо проверить. Необходимо знать привычки жертв.

Горец быстро оделся в костюм, набросил поверх кожаную куртку, лицо скрыл под козырьком кожаной фуражки. Зашел на кухню, где допивали кофе его подчиненные:

– Так! Я ухожу! Ненадолго. Сидеть на хате тихо, как мыши, Гринько помыть посуду и с этого времени готовить еду на всю команду. Возражений не принимаю. За поварство отдельная оплата.