Роман на три минуты

Интересно, а что было бы, не откажись я тогда от нее? Если бы я воспитывала ее сама, она была бы такой счастливой, как сейчас? Любила бы меня также сильно? Или ненавидела? Ведь у нас бы точно не было всего того, что она имеет сейчас. Я бы не смогла дать ей многих вещей, поскольку сама еще была ребенком, когда она родилась. Только сейчас я понимаю, как сильно жалею, что не меня Соня называет мамой, и не я видела ее первые шаги и учила ее обыденным вещам. Но я надеялась, что когда-нибудь смогу рассказать ей все.

Смогу принять участие в воспитании моей дочери.

– Она миленькая, – отметила Ксеня, когда мы остались вдвоем в углу зала, разминаясь.

– Спасибо, да, Сонечка – настоящее золотце и лидер любой компании.

Окинская переступила с ноги на ногу, почесала ладонь, потом посмотрела на меня как-то странно, словно пыталась что-то спросить, но боялась. Сделала шаг вперед и снова назад. Я вопросительно на нее взглянула, решив взять ответственность на себя и самостоятельно узнать, что же такое она хочет мне сказать.

Ксю меня опередила:

– Ты ничего такого не подумай, – взгляд ее глаз перемещался со скоростью света от меня на пол и в обратном порядке. – Я просто хотела уточнить, ну, чтобы точно знать. Вдруг все-таки что-то есть…

– Я ничего не понимаю, Ксень, давай прямо.

Краем глаза поглядывала за Сонечкой, терроризировавшей мальчишек. Андрей явно был не в восторге от ребенка на танцевальной площадке, Сережа не выражал никаких эмоций, принимая появление Сони как должное, а Егор и Даня исполняли все поручения моей малышки.

Строить мужчин у нее получается отлично. Тут она точно в меня пошла.

– Что у тебя с Даней? – все-таки спросила она.

– Э-э-э, ничего, – честно ответила я. – Он просто приходит ко мне, чтобы поиграть с Соней. Она ему понравилась. Сказал, что детей любит, а я не против. Пока она со мной, мне нужна помощь.

– И все? – подозрительно посмотрела на меня.

– И все, – подняла руки вверх в примирительном жесте.

 – Он мне не нравится как мужчина. Я ему тоже не нравлюсь как женщина. Можешь не беспокоиться, забирай себе своего Караваева. Ему ты нравишься, он мне говорил.

Ксю сразу повеселела. Отблагодарила меня за честность и направилась к Дане. Я подошла к Сонечке, чтобы поправить ее кофточку. От активных движений она немного сползла с плеч, и это могло сковывать ее движения. Мне нравилось о ней заботиться.

– А ты молодец, – ухмыльнувшись, бросил Сережа.